Уникум. Книга трех

– Дядя Коля, дай мне минуту, – ответил я, глядя на выведенные на листке цифры, пока не услышал в трубке незнакомый голос.

– Добрый день, имение семьи Байковых. Я вас слушаю.

– Здрасьте, могу я поговорить с Дмитрием Байковым?

– Как я могу вас представить?

– Максим Кузнецов. Мы вместе учимся. И, пожалуйста, поскорее, это очень срочно.

Признаться, когда Димон давал бумажку со своим адресом и телефоном, то я почему-то считал, что это мобилка. А у них там слуги, судя по всему. Дворецкие горничные, садовники, поди.

– Да, слушаю.

– Димон, привет. Это я.

– Привет, – обрадовался Байков, но тут же сразу посерьезнел. – Макс, случилось чего?

– Случилось. В общем, слушай…

На пересказ моего вечернего приключения ушло несколько минут. При этом в комнату тихо просочился Потапыч, а дядя Коля и вовсе не уходил. Да и Байков, будучи хорошим слушателем, ни разу не перебил.

– Посоветуй, что делать? Сразу в Конклав? – закончил я свое повествование.

– И что ты им скажешь? – спросил Димон.

– Что люди Терлецких напали на меня.

– Обвинить Охранителя высокородных в нарушении закона – это, конечно, мощно, – без тени иронии ответил Байков. – Только доказательств у тебя никаких.

– А татуировка на руке?

– Доказательство косвенное. Сам посуди. Тебе могло привидеться или еще что.

– Димон, ты на чьей стороне?

– На твоей. Просто я рассуждаю так, как будет рассуждать Конклав. Им вообще никакой радости ссориться с главным человеком из высокородных ради безродного послушника.

– Так, блин, мне что делать нужно было? Убить одного из них и тело с собой прихватить?

– Было бы очень кстати, – серьезно ответил Байков. – Тогда можно было бы провести опознание.

– Димон!

– Ладно, ладно. Так что с этими магами сейчас?

Я выглянул в окно, и в груди похолодело. Черный внедорожник стоял во дворе как ни в чем не бывало. Лишь потерял свой прошлый лоск. Оно и понятно, маг ветра смог поднять его с помощью стихии или просто напрямую силой, однако от вмятин и сколов не избавил.

– Сидят в машине, ждут меня, судя по всему. Я одного ранил, не знаю, насколько серьезно. Но двое других в порядке.

– Защитить тебя от посягательств Терлецкого может лишь другой благородный, – сказал мой друг. – С дворянами они ссориться не будут.

– Димон…

– Да я о себе и говорю. Мои двери для тебя всегда открыты. Да, так и быть, для твоего банника тоже.