Временщик. Книга вторая

Не то чтобы я жлобился, но ведь так пить нельзя! – Ты знаешь, для чего мы тебя нанимаем?

– Ваша подруга, то есть друг, то есть она, – архалус неуверенно указал на Рис, – сказала, что надо будет отправиться в Лютум.

– И какие предположения?

– Вам нужно украсть зачарованный артефакт. Но первый, кто возьмет его, будет проклят. Поэтому я и нужен.

– Нет, нам… Погоди, ты на это согласен?

– Игрокам вроде меня не привыкать. Да и проклятие, оно такое… ослабевает со временем.

– В общем, нет никакого проклятия.

Нам надо кое-что найти. И для этого нужен архалус. Вы ведь чувствуете кабиридов?

– Сражаться с перепончатокрылыми я не буду, – испуганно сказал Каф.

– Не бойся. Тех, как ты выражаешься, перепончатокрылых, которых мы встретим, уже не будут волновать архалусы. Их ничего не будет волновать, кроме червей.

– Осквернение могил? – все еще настороженно спросил Кафиил. Но теперь животный страх в его глазах сменился простой тревогой. – Мы же обговорим это перед заключением сделки?

– Нет, – вдруг вмешалась Рис.

 – Яйца нам не выкручивай, ангелок! Мы заключаем с тобой договор разведчика. Отрицательную карму за осквернение могил на нас не повесишь.

– Я просто спросил, зачем горячиться? – миролюбиво вытянул ладони перед собой Каф. – Это, в принципе, не проблема. Меня одинаково ненавидят и архалусы, и кабириды. Так что могилой больше, могилой меньше. То есть я нужен вам как разведчик.

– Скорее как сканер.

– Тогда к вопросу о деньгах, – пока крылатый говорил это, он успел заискивающе заглянуть в глаза каждому.

 – Я бы хотел… сто пятьдесят грамм пыли за свои услуги. Сто – задаток, и пятьдесят после сделки.

Я пересчитал в рубли и присвистнул. Хорошо живет на свете Винни-Пух. Или, по крайней мере, собрался жить. Пришла пора опустить ангелочка на грешную землю.

– Я слышал, что ты работаешь по другим расценкам. Мы заплатим сто грамм. Половину сейчас, половину после.

– Идет, – неожиданно быстро согласился Каф.

Лицо Рис выражало лишь одно слово – фейспалм. И тут я сам все понял.

Торговля не поднялась. Значит, Каф меня попросту развел. Его предложение про полторы сотни оказалось блефом. Я постарался унять ненужные эмоции, хотя шея уже стала пунцово-красной и даже вспотела. Не время, Серега, думай о Троуге, думай о Троуге.

– По рукам, держи… – Я высыпал пятьдесят грамм на стол, и архалус торопливо забрал их. Точно боялся, что мы можем передумать.

– Ладно, не будем рассиживаться. Нам надо поскорее добраться до Парижа.