Застенец 2

Как только я начал узнавать здешний футбол, меня чуть инфаркт не хватил. То, что игра здесь развивалась слабо – стало понятно сразу. Но когда я расставил схему с четырьмя защитниками, Фима честно спросил: «Зачем так много?». У них обычно и пара справлялась. За центром здесь следила полузащита, как правило из трех игроков. Ну, и пять нападающих боролись у ворот. Говорю же, варварство.

Я пошел еще дальше, решив играть в супероборонительный футбол по схеме 5–4-1. Не только из-за того, что был поклонником катеначчо.

Я исходил из технического оснащения своих футболистов. Чистый форвард у нас один – рыжий Вадим. И не потому, что он крутой нап. Тот же Фима, на мой взгляд, намного пластичнее и более хорош на коротких рывках. Просто если поставить Вадима ниже, то что он тогда будет делать? Ходить пешком по полю и ковыряться в носу? А так – может сыграть таранного форварда, продавить противника, отыграть назад. Где оттянутым уже стоит Ефим.

Чуть подумал и перевел крохотного Никитку в край полузащиты. У него скорость хорошая, может и убежать.

Пусть лучше в атаке напрягает. Сам же встал под Фимой, ближе к опорной зоне. Так и до защитников докричаться можно будет, и в атаку убежать, если понадобится.

«Пажи» начали бодро. Отпасовали назад защитнику, тот подождал, пока нападающие добегут до наших ворот, и навесил вперед. Крутая игра, поставленная. Из разряда: «Подальше херанешь, подольше отдохнешь». Впереди нападающие уже должны были цепляться за мячи и лупить по воротам из любых положений и любых углов.

Более того, можно сказать, что играли «Пажи» по революционной схеме. Аж с тремя центральным защитниками, двумя опорниками и пятью нападающими. По давней традиции крайние форварды должны были опускать чуть ниже, если мяч перехватывали. Но в идеале и вовсе не доводить до подобного.

– Гриша, меняй, меняй, – кричал я, садясь ниже. – Бросай его, бери дальнего!

Мои центральные закрыли три удара телами, уж чего-чего, а самоотверженности пацанам было не занимать, но мяч отскочил прямо под ноги одному из «Пажей».

Удар вышел хлестким, с отскоком от газона, у Лизы не было никаких шансов. И все-таки она даже задела мяч кончиками пальцев, после чего рухнула на живот.

Я скорчился не из-за гола, а явно болезненного падения девушки. Даже подбежал к ней.

– Как ты?

– Нормально, – ответила голкипер, хотя в ее глазах блестели слезы. Непонятно, от обиды или от боли.

– Вы что мнетесь, как девицы? – начал пихать я защитникам. – Не давать бить! Летите на мяч.