Застенец

 – Скажу больше, многие в Высоком Сенате и Государственном Совете восприняли Ваше появление без особого энтузиазма.

– Это меня должно как-то успокоить?

– Моя задача – ввести Вас в курс дела, Николай, а не строить воздушных замков. Скажу честно, придется сложно. Старик Ирмер был для всех как кость в горле. А Вы, помимо его имущества и дара, унаследовали и любовь к нему.

– Точнее, нелюбовь.

– Не без этого, – легко согласился министр.

– Алексей Симеонович, можно начистоту? – спросил я.

– Будьте любезны, – впервые в уставших глазах светлейшего князя появилось нечто вроде любопытства.

Будто он поймал жука, а тот вдруг заговорил человеческим голосом.

– Что мешает вам у меня этот дар забрать? Ведь у вашего правительства, или не знаю, Совета или Сената, точно есть способы для этого?

– Прямых нет, конечно, но при должном желании… – министр прочистил горло и продолжил. – Если бы Вы, Николай, были только нашим подданным, все действительно оказалось бы проще. В особых, чрезвычайных ситуациях можно сделать так, что дар будет собственностью Его Величества.

Однако Вы также являетесь гражданином этого мира.

– Российской Федерации, – поправил его я.

– Это уже не столь важно, – легко отмахнулся светлейший князь. – Сегодня вечером по вашим газетам и те-ле-ви-де-нию объявят неслыханное. Что обычный человек стал иносом. Не смотрите так, я знаю, как вы нас называете. И тут уже дело осложнится.

Он вновь посмотрел в окно, жуя нижнюю губу. Словно впервые попробовал ее на вкус.

– Если с Вами что-нибудь случится, это приведет к эскалации конфликта между нами. В данный момент ни вы, ни мы не готовы к полноценной войне. Точнее, если она начнется, то неизвестно, кто одержит верх. И жертв будет слишком много. Скажу больше, внушительная часть дворян при Императоре склоняются к силовому варианту. Некоторые из депутатов Государственной Думы имеют противоположное мнение. Третьи просто боятся. Ситуация очень шаткая, поэтому возможны различные провокации.

Я ехал, глядя на улицы родного города, и пытался привести мысли в порядок.

Еще недавно мне думалось, что я и есть синоним слова «невезение». Сирота с пьющей теткой, без особых перспектив на будущее, который всю жизнь будет влачить жалкое существование. Но нет, оказывается, все может быть гораздо хуже. И все из-за этого дара, который я в глаза не видел.

Для «своих» я теперь разменная карта. Они готовы пойти на все, чтобы воткнуть меня к иносам в качестве шпиона.