Фортификатор

Про маршала так вообще молчу.

– Леша, а что же ты… так слабо поднялся?

– Так я же не дурак, – ухмыльнулся Рамирес. – От сильных фракций и домов меня звание как раз и спасает. Знаешь, сколько Славы стоит меня снести какому-нибудь бригадному генералу? То-то же. А на полковнике открываются все необходимые исследования. Вот дальше и не качаюсь. От новичков же сам как-нибудь защититься сумею.

А парень-то, оказывается, не дурак. Действительно, такая стратегия развития мне в голову не приходила.

За каждое нападение на другого игрока вычитается Слава. Чем ниже ранг защищающегося, тем больше с тебя сдерут. Нападешь, к примеру, на сержанта и будешь потом половину эпохи из минусов вылезать.

– Ты тоже выиграть хочешь? – задал наивный вопрос Леша.

– Если начинать играть без желания победить, то лучше и не начинать.

– Это да, в противном случае сам знаешь, тут надоест даже самому терпеливому. Решил, что будешь делать тут следующие десять лет в случае проигрыша?

– У меня нет вариантов, Леша.

Я должен выиграть. Иначе придется остаться тут на тридцать лет.

– То есть… ты из этих?

– Из кого? – Меня начинал забавлять ступор собеседника.

– Из настоящих девиантов. Первый раз просто встречаю, – Рамирес затараторил, как базарная бабка. – Тридцать лет в игре. Полжизни практически. Тут и состаришься, и умрешь. Знаешь, что будет вот с тобой, если умрет тело там? Ты тоже исчезнешь! Никто…

– Я не собираюсь здесь умирать, – мое спокойствие каждый раз оглушало Рамиреса своей уверенностью.

 – Я собираюсь выиграть.

За 61 день до начала Третьей эпохи

– Каким мудаком надо быть, чтобы такое сделать?

Крейсер не то что бушевал, скорее тихо кипел, что для его сердечного импланта, пятого или уже шестого по счету, было не очень хорошо. Вообще полкана звали Сергей Михитарянович, но свое прозвище он получил за необъятные размеры и своеобразную ловкость при неторопливом перемещении из одной точки в другую, в результате которой на полу оказывалась куча сметенных предметов.

– А вы бы что сделали, господин полковник?

– Уж разглядел бы министерские номера! – на виске Михитаряныча запульсировала вена.

– Он ее пытался изнасиловать, – не повышая голос, но чеканя каждое слово, ответил я.

– Да ну тебя, – полкан махнул рукой и упал в тревожно скрипнувшее метаморфозное кресло, пытавшееся обхватить форму полицейского. – Ларочка, на экран дело номер 125298.