Временщик. Книга четвертая

А за миску сухого корма или почесывание за ухом – уже не так важно. Ты не один.

Поэтому когда я услышал шкворчание сковородки на кухне, то зашмыгал носом. Сентиментальным стал в последнее время. Да и настроение скачет, будто у наркомана – разгон от сюсюканий до «убью-покалечу-уничтожу» быстрее, чем у «Бугатти» до сотки. Над этим тоже надо работать. Да черт возьми, над всем надо работать!

– О, хозяин, как дела?

– Средней паршивости. Ты ничего не сломал, пока меня не было?

– Обижаешь. Я уже почти неделю, как ты это, значитца, выпивать начал, чин-чинарем.

Ни одного инцеста…

– Эксцесса, – поправил я его.

А сам вспомнил табличку, которую обычно вешают на предприятиях – столько-то дней без происшествий. Надо тоже такую заиметь. Неделя для Лаптя – срок серьезный. Соответственно, скоро обязательно что-то случится, к бабке не ходи.

– Дарья Михайловна не придет?

– Нет, у нее другие планы.

– А этот… корл который, будь он неладен?

– Тоже нет.

– Ну и то хорошо.

А то видел у него ножищи? И топчется, главное, топчется, будто конь безумный. Видите ли, не снимает он обувь. Не привык. Коли живешь в хлеву, твое дело. А зачем же в чужой монастырь со своим уставом ходить?

– Ладно, ладно, завелся, тоже мне. – Я разулся и повесил плащ на вешалку. – Есть чего приготовил?

– Ты уж извини, я так, на скорую руку, что бог послал. Щи с кислой капустой да котлеты и толченая картошка.

Ел я без особого аппетита. Обновление не функционировало, хотя все же казалось, что организм чистился недостаточно быстро.

Голову чуть-чуть отпустило, но общее состояние оставалось неважнецким. Потому суп я влил в себя почти насильно, заставляя нутро начать нормально работать. С похмелья – именно то что надо. Правильно говорят, что аппетит приходит во время еды.

Желудок, поняв, что его больше не собираются насиловать водкой и пивом, нажал кнопочку «Вкл.» и стал требовать еще еды. Поэтому божественные котлеты Лаптя, такие нежные, что таяли во рту, улетели в один присест.

Домовой протянул тарелку с добавкой, положил голову на ладошку и стал наблюдать за мной, одновременно комментируя свой кулинарный талант:

– Я просто немного хлеба добавляю. Перекручу с мясом, яйцо туда, да делать больше почти ничего не надо.

Болтал Лапоть без умолку, а вместе с тем взгляд был настороженный. Как у собаки, что по запаху не может сразу признать хозяина после долгой разлуки.