Верравия. Сумеречный пет

Когда казалось уже, что эта грустная сага никогда не закончится, Дита сжалилась над своим туповатым в гномьей письменности подчиненным:

Получено звание «Рунный чтец».

Я недоверчиво взглянул на алфавит гно. Странно, еще минуту назад тут были всякие закорючки, а теперь – обычные русские буквы. Так, надо проверить. Я достал камень врат и разглядел намалеванное на нем кривым почерком «Выход». Забавно, получается, вход остался у Дриина. Ну круто, теперь я зарегистрированный переводчик с гномьего на человеческий и обратно.

Можно даже контору открывать.

– Послушай, Борг, а хочешь увидеться с семьей?

Глаза Крушиголова наполнились слезами. Он смахнул их грубыми пальцами с потрескавшейся кожей, шумно шмыгнул носом и, успокаиваясь, двумя руками пригладил остатки волос по бокам.

– Как же не хочу, Крил. Иной раз засыпаю, а передо мной дочурка моя с женой. Баба у меня неплохая, просто проклятая Намберту ей мозги запудрила. Равноправия захотелось. Ишь ведь, а! Разве у нас нет этого равноправия? Хочешь киркой руду долбить? Пожалуйста! Или воевать? Я же первый тебе топор или меч куплю.

Так нет. Нужно, говорит, сделать выбор короля этим, значит… инструментом управления. А женщин к этому самому инструменту допустить наряду с мужчинами. Ну не дикость ли?

– Дикость, – сдерживая улыбку, ответил я. Не рассказывать же бедному Блойби об эмансипации, демократии и всеобщем избирательном праве. – Я к чему спросил. Ты знаешь, я разведываю тоннели. И в мыслях у меня дойти до омов.

Если ты присоединишься ко мне, то будет замечательно. Я неплохой лучник, ты отличный воин. Да и вместе там не так страшно.

Борг задумчиво почесал плешь на макушке, потом подергал свою черную бороду и утвердительно кивнул.

Что ж, шансы выбраться отсюда внезапно повысились.

– Выходим рано утром, так что на спиртное не налегай.

***

Москва, один из складов, арендуемых фирмой «Парус»

неподалеку от метро «Рязанский проспект».

Еж встряхнул головой, приходя в себя.

Так, кабинет Геннадьича, за окном поздняя ночь, шеф сидит в неестественной позе, обхватив рукой голову, и щелкает ручкой над бумагами. Паша нервно сглотнул. Его пугало то, что он не помнил, как и зачем здесь оказался. Вот шел по Воздвиженке к себе домой, а теперь его вдруг в офис опять занесло. И ведь путь сюда неблизкий. Что это – кратковременные провалы в памяти, внезапно проснувшийся Альцгеймер? Больше всего Паша боялся именно этого – протечки крыши.