Магия и Сталь

Ему уже давно не приходилось никого утешать, да и ситуация была не из простых – попробуй подбери слова для той, кто только что сожгла человека заживо, пускай и в порядке самозащиты. Незнакомка годилась ему в дочери… впрочем, дочь, пожалуй, даже постарше.

Зоран усадил служанку на чудом уцелевший стул, а сам подошёл ко всё ещё дымящимся останкам. Брезгливо пнув труп ногой, он перевернул его. Сомнений не было – перед ним лежал несостоявшийся связной с Лиррандским Чудотворцем. Наёмник ругнулся.

– Убили! Убили! – донеслось с улицы.

Разумеется, шум драки, душераздирающие крики и поистине взрывной финал не могли не привлечь зрителей. А значит совсем скоро тут будет толпа зевак, вслед за ними городовые, а потом и дозорные. Проще говоря, чем скорее он уйдёт, тем на меньшее количество вопросов придётся отвечать.

И всё же кое-что надо проверить. Наёмник вынул из-за пояса меч, прямо вместе с ножнами такого же тёмно-синего цвета, как и рукоять, и брезгливо отвернул закопчённый ворот дорогого камзола толстяка.

На груди был рисунок в виде цветка из знаков, которые слегка светились.

Вот теперь Зоран выругался от души!

***

Светокристалл, с которым он пытался упражняться, выпал из рук и разлетелся на десяток осколков, которые тут же погасли. Слухи по городу разлетались быстро и едва он услышал, что в «Уголке» кого-то убили, то побежал в гостиницу со всех ног. У входа уже стянулась толпа зевак.

Расталкивая людей руками и ногами, молодой маг добрался до входа в паб. Дежурившие городовые попытались его не пустить, но парень лишь увернулся и в два прыжка оказался в зале.

Посреди обугленных стен и разбитой мебели лежали останки человека. Если, конечно, это слово можно применить к куче палёного мяса.

Мощная рука сгребла его в охапку и впечатала в стену. У его груди и горла появились наконечники копий из металла, неестественно блестящего в царящем полумраке. Оружие из лунной стали – символ Гарнизона. Двое дозорных смотрели на него, давая понять, что попытка побега будет чистым самоубийством.

Тёмно-синие плащи с серебряной оторочкой и вышитым рисунком из знаков, благодаря которым к ним не приставала грязь и влага, словно парили над спинами мужчин. Такого же цвета кители, пуговицы на которых были смещены вправо, наискось перехватывали белые ленты, символизирующие самый низший статус в корпусе дозорных. Один из воинов жестом остановил сунувшегося в паб городового, после чего тот послушно вернулся на улицу.