Страшные русские сказки

Он подошел к кучке осевшего пепла подобрал нож и осторожно ковырнул останки носком кроссовка. В свете солнца что-то блеснуло, и молодой человек подцепил острием ножа блестящую цепочку, на которой висел золотой медальон. Протерев от пепла медальон, Артём внимательно оглядел крышку с гравировкой «Анастасии от Виктора». При нажатии сбоку на подпружиненную защёлку медальон легко открылся, и на Артёма с миниатюрной фотографии теперь смотрела та самая девушка, которая звала его купаться. Разве что, волосы у неё были длиннее.

На обороте фотографии он обнаружил полустёртую надпись «… аст… с любовью … 1914». Больше ничего разобрать было нельзя.

Молодой человек вставил фотографию на место, сунул медальон в задний карман джинсов, стащил изодранный бронежилет и набрал Петра Васильевича.

– Как прошло? – в голосе криминалиста звучали одновременно тревога и облегчение при звуке голоса племянника.

– Всё в норме, дядь. Я её успокоил. Твоя смесь – отличная штука. И у меня есть сувенир для тебя. А как там мои шашлыки?

– Не вышло с ними.

Замотался я сегодня, – ответил эксперт. – С меня ресторан, только сначала опишем твоё дело. Другие должны знать, как бороться с полудницами и чем-то подобным.

– Думаешь, где-то есть ещё такая мерзость?

– Не знаю. Я в последнее время чувствую наступление бури. По всей России пропадает всё больше людей. Обсудим, давай, жду тебя.

Перед тем как сесть в машину, Артём в последний раз окинул взглядом бескрайнее, колосящееся и теперь уже безопасное поле.

Взревев двигателем, вздымая клубы пыли, «Нива» ускорилась и, оглашая окрестности раскатами рок-музыки, помчалась в сторону посёлка…

Домовой

Он не держал зла на очередных хозяев жилища, в котором обитал. Слишком много их сменилось за последние двести лет в доме, который домовой выбрал в качестве постоянного прибежища. Недобрые намерения у сверхъестественного существа по отношению к людям вполне могли накопиться за прошлые несколько попыток изжить его из родного дома. Домового безуспешно пытались извести священнослужители, знахари и даже одна настоящая ведьма в конце девятнадцатого века.

Тогда домового щедро окатили обжигающей, вязкой жидкостью из глиняной бутыли, неожиданно появившейся в руках вёрткой старухи.

Наполовину материальное тело домового покрылось адски болезненными язвами, но он всё-таки успел, подвывая, удрать от злобной женщины в вентиляцию и там затаиться на несколько месяцев, заживляя раны и изредка питаясь мышами.