Страшные русские сказки

Благо, домашний дух мог принимать разные формы и размеры – от размеров кошки до взрослого человека на довольно продолжительное время.

Ведьма сочла свою миссию выполненной и, получив обещанную награду от людей, живущих в доме, навсегда исчезла из жизни перепуганного существа. С тех пор домовой вёл себя как можно тише, даже когда сменились хозяева, пригласившие ведьму, и в дом пришли другие люди.

Минуло больше сотни лет, но домовой всё так же скрывался от взрослых обитателей старинного двухэтажного особняка, помня о ранившей его ведьме.

Лишь иногда, в ночное время, он показывался детям, которых охранял от дурных снов и кошмаров и убаюкивал во сне. Впрочем, куда больше внимания и ласки доставалось домашним питомцам, в частности – котам, которых домовой обожал.

Вот и сегодняшней ночью, он с удовольствием чесал живот развалившемуся на спине толстому сибирскому коту, прислушиваясь к урчанию животного и к тихому посапыванию в соседней комнате – маленькой хозяйки питомца, светловолосой восьмилетней девочки.

Родители ребёнка оставили её одну в эту ночь до самого утра, отправившись на свадьбу к родственникам.

Замок железной входной двери тихо щёлкнул, умело вскрытый профессиональной отмычкой. Дверь беззвучно открылась и плотно сложенный человек в тёмной одежде, мягко ступая, проник в полумрачный коридор квартиры, которую он ещё месяц назад наметил своей целью. Два ночных светильника в виде красных стеклянных роз, закреплённых на стене, давали достаточно освещения, чтобы мгновенно спрятавшийся между боковой стенкой шкафа и комодом домовой мог видеть лицо преступника.

Кот тут же ретировался при виде странного незнакомца.

Безумие сверкнуло в отблеске глаз мужчины, а кривая улыбка, предвкушающая расправу над спящей маленькой жертвой, окончательно выдавала в нём психически нездорового человека. В правой руке человек держал нож с широким лезвием, готовясь в очередной раз пустить его в дело. За последние три года он шесть раз совершал свои чёрные дела, и каждый раз уходил от справедливого возмездия, оставляя обезображенные бездыханные тела.

Звук шагов мужчины, утопающих в ковровых дорожках, не был слышен.

Для обычного человеческого уха звук шагов не был слышен, но не для чуткого слуха домового, не сводящего пристального взора из тёмного угла с крадущегося человека.

По неписанным правилам своей необычайной природы хранитель домашнего очага не мог напасть на любого человека без последствий для самого себя.