Красный город. Певец-2

Анну не пришлось выбирать темы для беседы. Харт сначала сосредоточенно ел, отрезая от принесённой бараньей ноги большие куски мяса и запивая их вином, затем спросил:

– С чего вам вздумалось вступаться за этого мерзавца?

– Я бы не сказал, что Бхек мерзавец, – удивился Анн.

– О, не делайте поспешных выводов! Тот или другой, уж я-то насмотрелся на них! Я служу здесь посланником при герцоге. Передаю разные депеши из одного города в другой. А Вы откуда?

– Из Римона.

Харт прищёлкнул языком.

– С вашим графом-наместником не забалуешь! А здешний распустил народ.

Офицер думает, что Вы – тайный посланник герцога. Приехали посмотреть, как обстоят дела в Кандиоксе.

Харт помолчал, потом прибавил:

– Хотя мне иногда жалко становится их. В Нурсии-то совсем худо. Вот и бегут оттуда людишки.

– Я знаком с мальчиком, который родом из Нурсии. Никому не пожелаешь такой судьбы, – сказал Анн. – Потерять родителей, оказаться одному в чужой стране. При этом он очень достойный мальчик. Однако простите моё невежество: не могли бы Вы мне рассказать, что там происходит.

Одно из моих поместий находится в южных краях. Я давно не получал известий оттуда. А Вы, несомненно, человек осведомлённый.

– А то происходит, что проклятье на королевской семье.

– Тот, кого я отбил у толпы, тоже говорил что-то о проклятии.

– Это всего лишь слова, – махнул рукой Харт. – Я могу рассказать Вам о событиях годичной давности, а уж Вы сами решите, что и на кого теперь думать.

И он начал рассказ.

– По долгу службы, как Вы понимаете, мне приходится иметь дело со всякими депешами.

Так что многие новости мы, посланники, узнаём раньше важных персон, сидящих в замках. Особенно важные. Такие мы не привозим в запечатанных конвертах. Их мы выучиваем и передаём из уст в уста…

– Простите, но если вдруг кого-то из посланников схватят по пути и подвергнут пытке? Не выдаст ли он тайное? – перебил его Анн.

В качестве ответа Харт приложил лезвие ножа к своей руке и сделал надрез. Затем вытер кровь салфеткой, смоченной вином, и как ни в чём не бывало, продолжал:

– У всех нас врождённая нечувствительность к боли.

Именно поэтому нас ценят. Однако не будем отвлекаться! Покойный король Нурсии Кеог оставил правителем старшего сына – Ниала. Пока был жив отец, Ниал не принимал участия в управлении страной. Поговаривали, что он излишне импульсивен и не умеет сдерживать свой гнев. И Кеог не подпускал старшего сына к государственным делам.

– Сейчас на троне Хаберт, – сказал Анн.