Певец. Фэнтези

Осторожно пошёл к нему, помня недавнее падение. Огонёк невесомо отодвинулся, оставшись на том же расстоянии от Анна, что и раньше. Светлячок? Нет, светлячки выглядели по-другому. Анн гонялся за манящим светом довольно долго, пока не додумался до одной простой вещи: до полночи ещё было много времени. А резница цвела только один раз и только в полночь! Коварный огонёк, убегающий от него, был всего лишь лесной обманкой.

Анн с трудом выбрался на прежнюю тропинку и пошёл дальше. А вокруг него в воздухе плавали уже не один, а много таких огоньков-обманок.

Они светили и слева, и справа, и пели для него завораживающую музыку с неведомыми словами. «Иди к нам, – слышалось Анну, – иди к нам…»

– Спасибо! – спел он в ответ, постаравшись попасть им в лад. – Спасибо, но я хочу найти другой свет!

И казалось, что они поняли его, потому что перестали нашёптывать ему соблазнительные слова и просто кружили рядом.

Добравшись до низинки, он устроился на сухом пригорке, привалившись спиной к большому дереву. В нескольких шагах блестела в лунном сиянии вода.

По её глади временами пробегала серебристая рябь. В воздухе неумолчно пели комары, но Анн запасся по дороге несколькими пучками особой травы, отпугивающей кровососов. Он растёр травинки между пальцами и коснулся ими шеи, щёк, лба, засунул мягкий скрученный пучок себе за пояс.

Резницы было здесь очень много. Анн сначала смотрел на её заросли, не отрываясь, но затем глаза стали слезиться от напряжения. Он достал хлеб с сыром и съел. Крошки аккуратно стряхнул с платка в ладонь и тоже отправил в рот.

Потом стал думать о деревне, о матери, о предстоящем испытании в гильдии землемеров. Подумал о том, что станет делать с цветком, если найдёт его. Анн решил, что сначала откроет таинственную полку в книжном шкафу, а затем подарит цветок девушке. Всё равно он вернётся домой раньше, чем она проснётся и выйдет из дому.

В лесу было беспокойно. Трещали ветки, будто бы кто-то ходил по окрестностям. Слышались неясные голоса. Иногда вдалеке разливался тусклый свет.

Анн спокойно сидел на одном месте.

По-настоящему жутко сделалось, когда сильный треск раздался прямо перед ним, в болоте. Казалось, что кто-то сломал целое бревно и теперь недовольно ворчит. От такого соседства с неизвестным хотелось вскочить и без оглядки бежать куда глаза глядят.

«Испугайся, испугайся! – пел ему тёмный лес. – Испугаешься – пропадёшь! Побежишь – пропадёшь, сгинешь!»

А невдалеке вдруг поднялся над чёрной землёй чей-то белый силуэт.