Наследник Рода

Май приложил руку к шершавой коре и похлопал по ней, будто по плечу старого доброго друга. Ладонь ощутила трепет жизни внутри: да, этот великан знает, что такое перемены и что такое постоянство, понимает и принимает жизнь во всех проявлениях; наверное, он мог бы поведать удивительные вещи, но только из-за мудрости и величия хранит молчание…

«А может быть, махнуть на море?» – подумал он, вдохновившись благостной атмосферой, но грубый оклик не позволил развить приятную мысль.

– Эй! Закурить дай!

Он обернулся.

Двое молодых людей… Лет по семнадцать… Изрядно под хмельком… Вероятно, не повезло: юные красавицы обделили вниманием… Пребывают в дурном расположении духа… Ищут разрядки… Ищут громоотвод для скопившегося напряжения.

Они казались темными тенями на светлом полотне.

– Не курю, – ответил он и разочарованно вздохнул.

– А я не спрашивал, куришь или нет. Я говорю, закурить дай!

Он улыбнулся. Посмотрел на пацанов. Отрицательно качнул головой.

– Чего лыбишься?! – пискляво, в надрыв протянул второй и нервно шагнул вперед.

Он посуровел, раздумывая.

– Чего молчишь? – первый присоединился к товарищу, и их молодые крепкие фигуры начали угрожающе приближаться.

Он угостил бы невежд сигаретами, но действительно не курил, да и эти двое не хотели курить. Несмотря на чудесную погоду, их охватила хандра, спасение от которой глупцы искали в острых ощущениях.

Связываться с юнцами совсем не хотелось. Не было желания поучать, ссориться, комментировать опрометчивые поступки.

Мелькнувшая в голове мысль освободила тело от излишнего напряжения: «Иногда неплохо выглядеть не совсем естественно, например, диким зверем – бурым и нечесаным лесным медведем. Мало у кого возникнет желание искать повод для ссоры с опасным животным».

– Меня зовут Марин, можно просто Май, – представился он.

Парни окаменели. Лица стали похожи на мраморно-белые маски.

– Май, – он протянул руку для знакомства, но…

Они бежали неистово, боясь остановиться и кинуть короткий взгляд через плечо.

В их головах отсутствовало понимание, а действиями руководил испуг, не позволяющий замедлиться ни на минуту, ни на мгновение. Но силы не безграничны, и в тихом дворе, тяжело дыша и обливаясь потом, забияки завершили спринтерский марафон.

– Леха! А ты чего побежал?! – еле отдышавшись, но с явным упреком бросил сквозь зубы Валерка.

– А ты?

– Я?.. – Валерка прищурился и посмотрел в сторону места происшествия.