Кремль 2222. Царицыно

Раньше меня бы это смутило, но после столкновения с целым отрядом воинственных обезьян, я был готов к любому. Даже к встрече с инопланетным монстром из голливудского ужастика.

«Бедуин» злобно прошипел. Это было ругательство, но прозвучало оно на абсолютно неведомом языке.

– Сам такой, – сказал я и вспомнил о другом трофее – ножике.

Ты-то мне и нужен! В тело мечника он вошел мягко, словно в масло. Ничего удивительного, когда знаешь анатомию, а она у «бедуина» оказалась вполне гуманоидной.

Урод сдох моментально. Подбирать его меч было некогда: девушке пришлось совсем уж несладко – она по-прежнему билась с превосходящим врагом, и уже порядком сдавала.

Я рубанул по стоявшему спиной врагу, не рассчитывая снести тому голову. Сабля была слишком тупа для этого. Однако удара хватило, чтобы он схватился за шею, из которой фонтаном хлестала кровь: я перерубил важную артерию. Стало ясно: этот уже не жилец.

С оставшейся троицей разобраться было не в пример легче.

Я зарубил одного, а девушка весьма эффектно отправила к праотцам парочку, действуя очень жестоко, но наверняка. Не знаю, кто был её учитель, я бы не отказался взять у него несколько уроков. Век живи, век учись.

Девушка утёрла пот со лба, смахнула длинную прядь чёрных волос, застилавших её лицо, и повернулась ко мне, оказавшись смуглой красоткой восточного типа: миниатюрной, слегка скуластой, с красивыми миндалевидными глазами.

Она по-мужски протянула руку:

– Спасибо, незнакомец! Без твоей помощи я бы ни за что не отбилась от дампов.

В тот момент я пропустил мимо ушей незнакомое слово. Дампы, подумаешь. Ничего удивительного!

Я пожал её крепкую ладошку и улыбнулся с таким видом, будто занимаюсь спасением красавиц каждый день сразу после завтрака.

– Не за что. А то, что мы незнакомы, легко исправить. Меня Игорем зовут, – представился я.

– Буду знать, – задумчиво протянула она.

– Осталось только выяснить твоё имя, – заметил я.

– Данара.

– Красивое, – сказал я.

– На ваш язык оно переводится как Талисман, – пояснила девушка и вдруг посмотрела на меня так, что душа, замёрзшая со дня измены жены, вдруг стала мягкой и податливой словно воск.

Я позволил себе расслабиться. Это стало для меня горьким уроком. Красивые девушки способны на многое. Например, на то, чтобы вырубить слегка поплывшего и много возомнившего о себе волкодава.

Сознание вновь отключилось.