Янтарный ветер

Хозяин избы, одетый в шерстяной свитер, по-видимому, что-то готовил у стола, мешая алюминиевой ложкой в котелке. К привычным уже запахам добавился запах пряной тушенки.

Благодаря этому запаху Александр почувствовал, что был явно голоден. Он помнил о единственной галете, съеденной вчера, но время, когда он полноценно поел в последний раз, так в памяти пока не восстановилось.

Александр попробовал в мыслях проанализировать ход последних событий. Частично ему это удалось. Память явно понемногу возвращалась. Возвращалась она пока разрозненными эпизодами, без чётких очертаний, обрываясь на последних событиях, произошедших с ним, но отчётливо наполненная событиями вчерашними.

Александр попробовал сначала пошевелиться и затем сесть на кровати, опустив ноги на дощатый пол. С трудом, но он сделал это, хотя сломанные, по-видимому, рёбра резкой болью отозвались в груди. Немного закружилась голова, но терпимо, он схватился рукой за почерневшие железные витые прутья подголовника его кровати, чтобы не потерять равновесия.

Старая кровать заскрипела, и это услышал хозяин избы. Он довольно резко обернулся, понаблюдав за Александром некоторое время, и сказал довольно приветливым тоном:

– Проснулся? Вижу, вижу, на поправку быстро идёшь. Вообще, по себе знаю – в военное время люди быстро восстанавливаются и после ранений, и после контузий. От чего доктора в мирное время неделю лечат, на войне за день заживало. А уж всяких там простуд и ангин так и вовсе никто не замечал. А может, Господь и специально не насылал на войне такие хвори, потому что и так хватало смертей и ранений.

Я вот до войны очень часто с ангиной маялся, а за последние четыре года забыл о ней напрочь.

Хозяин избы явно хотел выговориться, как человек, давно находящийся в одиночестве. В тоне его отсутствовала вчерашняя злая ирония. Нет, конечно, дружеского, тёплого тона в словах тоже не было, но было очевидно, что человек приглашал к диалогу.

– Да проснулся вот. Вроде мне получше, по крайней мере, получше, чем вчера, – ответил Александр, давая понять, что диалог возможен в меру его сегодняшнего положения.

– Ну, тогда доброе утро! Сейчас есть будем. Наверняка ты проголодался. А если аппетит вернулся, значит, точно поправишься. Есть-то хочешь?

Хозяин сказал быстро, явно обрадовавшись, что Александр разговор поддерживает.

– Хочу! А ещё больше хочу, чтобы ты рассказал подробности, как я тут оказался и где мы? Пелена какая-то в голове, последних событий совсем не помню.