Галилео

Кроме тайного задания и того, с фигурами, которое орги вроде бы называют «тетерисом», всё было легко и просто.

Однако девушка всё равно заметно нервничала. Несмотря на видимую простоту предстоящих тестов, за ними маячило нечто глобальное, к чему нужно было ещё себя подготовить. Ответственность.

Ответственность взрослой жизни.

За себя, за Ярика, за их будущих детей. За дом. За готовку. За уборку.

За всё.

Это как первый шаг по лестнице, упирающейся в небо.

И впервые в жизни к ней в голову проник вопрос: а она справится? А если справится, то как: хорошо, или так себе? Или все будут на неё показывать пальцем, как на чумазую Редёху из их деревни, что спала зачастую возле дороги, как животное какое.

– Лилиан?

Знакомый голос девушки из их деревни вырвал её из бури мыслей, разыгравшейся внутри головы.

– Да, Обри, – невеста Ярика подняла глаза на собеседницу и вопросительно посмотрела на неё.

– Я видела, – начала девушка, полное имя которой звучало как Образ Любви, но никто её так не звал, понимая, что настоящий образ любви, мягко говоря, несколько иной, – как ты общалась с той. – Она ткнула указательным пальцем в сторону Энджи, стоящей метрах в пятидесяти от них.

(Она как будто неживая).

– Она лишь помогла мне не упасть, – пожала плечами Лилиан. – Не думаю, что это можно назвать общением.

– Да, но затем вы открывали рты и издавали звуки, а именно это и называется общением, – возразила Обри, обычно стеснительная и кроткая.

– Да что ты хочешь этим сказать? – Лилиан слегка разозлилась.

– Нет, нет, ничего, – Обри стушевалась. – Просто ты же знаешь, у моих родителей много друзей в Центре.

– И что?

– Последний год ходит слишком много слухов про эту.

– Её зовут Энджи.

– Да хоть как. Дело не в её имени, а в ней самой.

– И что с ней не так?

– Всё, абсолютно всё! – это было сказано неким полусдавленным, но в то же время восхищённым голосом.

– Обри, говори прямо.

– Так вот, эта девушка появилась тут год назад, и никто не знает, откуда она взялась. У неё нет акцента, по которому можно определить её родную деревню…

– Ну, это я, допустим, заметила, – сказала Лилиан.

– Но это далеко не самое главное. Главное, что никто не знает, кто её родители, зачем она тут появилась и чего от неё можно ожидать. Люди готовятся к худшему.