Рассечённый демон

На первой же пресс-конференции, собранной троицей через несколько дней после возвращения, они рассказали во всех красках такую яркую и на сто процентов вымышленную историю, что все им поверили, и вопросов больше не возникало.

Вкратце, они описали всё так, что основным виновником сложившегося положения вещей был министр. Да, они не отрицали, что ему могли помогать извне, но не заостряли на этом моменте внимания, дабы не будоражить сознание сограждан. Они рассказали о походе к Северным горам, поблагодарили старого библиотекаря и его друзей.

Смеясь, описали ловлю дракона и полёт на нём. Даже упомянули о лабиринте Грея, но вот потом следовала полная отсебятина, тщательно отрепетированная накануне. Красноречивей всех выступал Эдгар.

Надо сказать, что это было эпохальное событие. Впервые за много тысяч лет вместе собрались правительства всех трёх государств. Всё население планеты, не дыша, ловило каждое слово героической троицы по электровизору, боясь пропустить хоть что-то. К слову, в тот день не было зафиксировано ни единого сбоя трансляции, чего не наблюдалось ни до, ни после.

По итогам этой встречи всех троих героев решено было сделать верховными правителями безвременно, то есть – пожизненно. Шарлин – Запада, Арнольда – Севера, а Эдгара – Востока, соответственно. Тогда же они в последний раз собрались все втроём на публике.

Необходимо упомянуть ещё об одном незначительном на первый взгляд происшествии. После финальной фотографии троих героев к сцене сквозь толпу пробился мальчонка лет десяти.

– А где мой папа? – произнёс он с недетским напором. – Вы видели моего папу?

– А кто твой папа? – спросила Шарлин в микрофон. – И где мы могли видеть его?

– Он работает начальником охраны у министра. Он ещё повязку на глазу носит.

– Мне очень жаль, – голос Шарлин дрогнул. – Министр расправился с ним за то, что он помог нам. Но мы тебя не оставим. Как тебя зовут?

– С сегодняшнего дня меня зовут Артур, в честь отца!

7. Сейчас

– А почему ты отказался быть верховным правителем? – спросила Алиса у Эдгара.

– Сначала это было здорово… – писатель уставился в ему лишь видимую даль, а на губах его заиграла задумчивая улыбка.

Они уже изрядно выпили, Алиса успокоилась, расслабилась, и разговор шёл на различные отвлечённые темы.

– Мне не приходилось особо напрягаться, – продолжил Эдгар спустя некоторое время. – Мои книги, которые раньше были никому не нужны, раскупались миллионными тиражами.