Сорные травы

Родной этаж заполняли испуганный шёпот да топот медсестёр. Двери палат были по большей части приоткрыты – оттуда выглядывали встревоженные пациенты. Их уже успели разогнать, чтобы под ногами не путались.

Около сестринского поста меня встретила ещё более перепуганная старшая медсестра:

– Иван Игоревич, у нас…

За её спиной маячили двое громил. Очень характерного вида. Таких амбалов я встречал только когда на «Скорой» подрабатывал – когда выезжаешь на «огнестрел», всегда рядом с подраненным «пацаном» такие вот его «корешки» крутятся.

Первого амбала я мысленно окрестил Лысым – голова, что колено, полностью оправдывала такое наименование. Второй удостоился звания Бычара – мало того, что смотрел исподлобья, так и ещё и жевал жвачку, активно двигая челюстями. Наряды как будто у гробовщиков отобрали в Америке девятнадцатого века – чёрные костюмы, чёрные рубашки, серые галстуки. Жалко, что не негры, – вообще бы колоритно смотрелись. Опа! Лысый красноречиво помахал передо мной пистолетом.

– Это врач? – угрожающе спросил у медсестры Бычара.

– Бери выше, – любезно ответил я. – Заведующий этим отделением.

Опустив руку в карман халата, я незаметно сквозь ткань нащупал Spyderco Civilian – керамбит висел, как обычно, на поясе брюк. Жаль, что до него через халат не добраться. А эти громилы явно занервничают, если я им тут стриптиз начну показывать, расстёгивая халат. Ничего, в крайнем случае как-нибудь да достану. Дурь это, конечно, с ножом на короткоствол идти. Но хоть что-то.

– Резать умеешь? – спросил Лысый.

– И не только, – сухо ответил я. – В чём дело-то?

Он ткнул пальцем в сторону дивана, стоящего рядом с сестринским постом.

– Если не поможешь, голову прострелю – и тебе, и ей, – он указал на Валентину Матвеевну. Старшая схватилась за сердце и побледнела так, что я качнулся к ней, думая, что вот сейчас в обморок и грохнется.

– Будешь угрожать, ни хрена я тебе делать не буду, – зло ответил я, направляясь к дивану. На нём явно без сознания лежала эффектно и богато одетая девушка.

Красивой я её бы не назвал – проступала в выражении лица, пусть даже расслабленного, какая-то испорченность. Но это неважно – пациентов мы не выбираем.

– Что с ней? – спросил через плечо.

– В аварию попала, – хрипло сказал Бычара. – Какой-то мудак в неё въехал. Мы его вытащили из машины пристрелить, а он, сука, уже сдох. Со страха, наверное, когда понял, в кого въехал.

– Когда сознание потеряла?

– Да мы уже из машины её такой достали.