Ладья света

Внезапно Багров отступил с аллеи и затащил Дашу за дерево:

– Тихо! Спрячься! Того мужика видишь?

– Ну, мужик… – отозвалась Даша.

– Плохо смотришь! Ты валькирия-одиночка или так себе?

– Я так себе одиночка, – уклончиво ответила Даша, но все же всмотрелась и обнаружила то, что давно уже заметил Матвей.

Возле гуляющих дам вертелся суккуб редкой модели в модном клетчатом пиджаке, маскирующийся под психотерапевта-тире-астролога-тире-кого-то-там. Милая бородка, розовые щечки, очки в тонкой оправе. От человека его отличал лишь длинный – метровый язык.

Но язык, укрытый за зубами и тщательно смотанный в рулончик, требовалось еще разглядеть. Обычно же к суккубу особенно не приглядывались, потому что всех отвлекала крошечная тонконогая собачка с огромными ушами, которую он таскал с собой на поводке-рулетке.

Все воспринимали это существо как милейшую собачонку, и только Матвей, умевший переключаться на истинное зрение, знал, что это страшная тварь из глубин Тартара. Интересно, известно ли девице с короткими рыжими волосами, которая, встав на колени, трется сейчас своим носом о нос собачки, что перед ней покрытый слизью монстр, во рту которого, как спирали, постоянно вращаются зубы, а дыхание одурманивает жертву, как запах эфира?

Отдай суккуб сейчас своей «собачонке» мысленную команду – от девицы останутся только подошвы от ботинок, да и то едва ли, потому что даже подошвы имеют для твари из Тартара определенную пищевую ценность.

Охотился клетчато-пиджачный суккуб всегда одинаково, по давно освоенной схеме.

Зачем придумывать новую, когда старая приносит результаты? Схема же была такая: вначале подсунуть свою ласковую собачку «на погладить» и, когда одурманенная ее дыханием жертва начнет глупо хихикать, произнести две туманные фразы: «Зачем вам идеи, когда у вас уже есть мысли?» и «Зачем вам знания, когда у вас есть информация?»

После этих фраз жертва обычно пугливо замирала, слабо улыбаясь и соображая, что бы это значило. Суккуб пользовался моментом и начинал быстро-быстро говорить.

Тарахтел он так резво, с такой харизмой выплевывая абсолютно правильные вещи, что добыча переставала фильтровать информацию и лишь глупо хлопала ресницами, выражая немой восторг.

Есть такое тартарианское понятие «подмес». Суть подмеса состоит в том, чтобы говорить человеку вещи, с которыми он заведомо будет согласен. Допустим, «небо голубое», «трава зеленая», «надо чаще улыбаться», «дружба – великая вещь!», «дети – цветы жизни».