Ошибка грифона

– Ты что, подрался с ней? – спросила Ирка тревожно.

– Я не дерусь с женщинами! – возмутился Багров. – Это она со мной подралась!

– Что, просто так?

– Не просто так, – неохотно признал Матвей. – Я ее немножко заморозил, она меня чуть-чуть сглазила. Я ее слегка проклял, она меня маленько утопила. В общем, потом я отдал ей эти чернила, будь они неладны, и предупредил, что это в самый последний раз. Надеюсь, она поняла.

– Она их пьет? – спросила Ирка.

– Нет, романы пишет! Пьет, конечно! – сказал Матвей.

 – Хотя клялась, что не одна пьет. Якобы у нее там бригада водяных, которые занимаются ремонтом бассейна. И что даром они не работают.

– Врет? – спросила Ирка.

Багров пожал плечами:

– Ну, врет не врет – судить не берусь… Врут только откровенно глупые женщины. Те, что поумнее, настолько верят своей лжи, что она становится для них правдой.

– А водяных ты видел?

– Одного видел. Упитанный такой дядечка водоизмещением литров на четыреста. В такого много чернил войдет.

Ирка, медленно подняв руку, коснулась своей головы.

– А теперь пугайся! Готов? Трум-пурум-пум-пум! – сказала она и, выдохнув, сдернула с себя шапку.

Она ожидала от Матвея какой-то реакции, но лицо у него осталось непроницаемым, как у игрока в покер. Она даже усомнилась, заметил ли он, что у нее изменилась стрижка.

– Ну? Хорошо? – спросила Ирка с тревогой.

Матвей начал открывать рот.

– Погоди! – перебила Ирка. – Только не повторяй, что за короткие волосы девушек хвалят только их злейшие враги в надежде на то, что они поведутся и в следующий раз вообще снимут с себя скальп.

И про то, что женщина, оказавшаяся в парикмахерской, – это баран, сам себя приведший на заклание, тоже не надо. Это я уже слышала. Надоело!

– Тогда я лучше вообще промолчу. Тебя сразу душить или потом, умная ты моя? – спросил Матвей ласково.

– Но я же стриглась ради тебя! – воскликнула Ирка чуть ли не со слезами.

– Тогда я сейчас ради тебя убью вон ту собаку и нескольких кошек! И, может, кого-нибудь из прохожих.

– Не смешно.

– Ну тогда и ты не говори, что сделала это ради меня. Ради меня нужно было сварить суп. Или убраться в комнате.

– Ага! Суп тебе! Щазз! Ты тот еще домостроевец-эксплуататор!

– Примерно! – согласился Багров. – «Дороже она многоценного камени. Радуется на нее муж ее. Увидев поле – покупает: от плодов рук своих насадит пашню. Крепко подпоясав стан свой, укрепит руки свои на дело.