Проклятие украшений Лозань 2: Алиса

Эта девочка была красивая. У нее были светлые волосы. Голубые глаза, словно в них отражалась озеро, озеро глубины прекрасного детского душе завораживающей ее красоты. Она была прекрасна, прекрасна как цветок. Но вот снова сверкнула молния, и Роберт увидел на мгновение, что во взгляде этой девочки было что-то зловещие. Что-то, что ужасало и страшило. Что-то, что необъяснимо завораживающее и отталкивающее. Он был в ужасе. В ужасе перед тем, что он видел. Он посмотрел на стоящею у окна Зинаиду и, что за черт? Ее глаза? Что с ее глазами? Они горят.

Горят как алым пламенем. Она смотрела на меня и шипела. Шипела так, что со стороны казалось, что, это совсем не она, а кто-то, кого он совсем не знает.

– Оставь меня в покое, видишь какая я красавица! А кто ты? Никчемный и глупый мужлан. Мужлан способный лишь отъехать это тело и все. А со мной ей будет хорошо. – она подошла к нему, и он увидел прекрасное лицо. Оно было похоже на лицо ангела. Все было при ней, красивые глаза, красивое лицо. Ее грудь стала еще сексуальней и упитанной чем была на самом деле.

Она прошептала мне на ухо. – хочешь, трахни меня. Я хочу, чтобы ты меня трахнул. – она извивалась у лица Роберта словно змея. Она ласково шипела. – не стоит она тебя, Зинаида. Она все равно умрет, она нежилец на этом свете в отличие от меня.

Роберт, придя в чувство и набравшись смелости спросил:

– Кто ты?

Женщина усмехнулась.

– Кто Я? Ты уж должен знать кто я? – затем она поцеловала Роберта, и тот почувствовал привкус сладкого яда.

Затем она отошла от него и, взяв со столько пачку сигарет сказала. – я сподвигла ее на это. Прекрасно. Она скоро умрет, и я возрожусь в ней как это было раньше. Ведешь, это тело уже в моей власти, не мешай мне. Не мешай и останешься в живых. Ты это знаешь. Чувствуешь сам, и знаешь, что я права. Ты не любишь ее так как я.

Роберт усмехнулся.

– Раз ты ее любишь, ты не стала убивать ее. Люди, которые любят не причиняют зла любимым. Ты говоришь, что ее любишь? Нет, эта ложь! Ты ее не любишь.

– Нет люблю. – опротестовала она. – я ее храню от зла.

– И при этом убиваешь?

– Нет. Ты ошибаешься. Я ее не убиваю. – она сделала паузу. – иногда смерть выход.

– Выход из чего?

– Из всех бед. – уныла сказала она. – меня тоже когда-то любили. – говорила она. – но любовь их была не искренней. Они любили меня за мои украшение. Их еще называют проклятыми украшениями Лозань. Люди, хотели заполучить эти украшение, и все умирали.