Проклятие украшений Лозань 2: Алиса

Умирали, потому что, эти украшение они приносят им одни страдание. Так и с этим человеком. Зинаида была одержима. Она хотела власти, и она ее получила. Как-то раз она проболталась своей сестре об этих украшениях. Сестра захотела их у нее отнять, и она ее убила. Теперь украшение у Галины. Да, ты ведь это хотел знать Наир. Да, я знаю, как тебя зовут, и просто скажу. Ромашов Дмитрий Георгиевич был прав, когда сомневался в этой женщине. – она сделала паузу. – Ну Наир скажи, как же меня звать?

Наир ужаснулся.

Да, это она, Алиса? Алиса, но как это вообще возможно. Эта же Зинаида, Зинаида и никто больше. Неужели она сошла с ума? Рехнулась? Неужели у нее шизофрения. У этой женщины шизофрения, раздвоение личности? Возможно это так оно и есть. У этой женщины шизофрения.

– Алиса? Но как это возможно? Тебя же нет? Ты мертва?

Женщина усмехнулась.

– Мертва? Я никогда не умру. Я лишь только то, что в этом теле и ничего больше. Я эта она, а она эта я. Мы одно целое.

Наир не мог поверить сказанному этой женщиной.

Он смотрел на нее и не мог поверить тому, что она ему сказала. Перед ним стояла Зинаида, Зинаида, а ни как ни Алиса.

– Но как это возможно?

Женщина ответила.

– Просто. Мне дана возможность путешествовать. Но одно мне не подвластно, я не могу обрести покой. Покой навсегда.

Наир понимающе посмотрел на женщину.

– Почему?

– Из-за украшений. Эти украшение Лозань. Они держат меня в этой темнице на этой планете. Я не могу улететь отсюда.

Не могу, потому что я привязана к этим украшениям. Украшениям Лозань.

– И где они сейчас?

– У этой женщины. Она ими сейчас владеет. Но я не могу взять их, так как они не могут быть унесены или украдены. Они должны быть подарены или переданы по наследству. Но я еще ни разу не видела ни того ни другого. Они только убивают людей и только.

– Ты хочешь, чтобы я тебе помог?

Женщина прошипела:

– Да, хочу. И за это я тебя отблагодарю.

– Чем же?

– Я верну тебе твою дочь.

Тут она закурила, и у нее в этот миг научились судороги. Она упала на кровать и начала биться в конвульсиях. Роберт подбежал к ней и схватив ее за руки начел ее держать. Но вот ее конвульсии прекратились, и женщина пришла в себя. На него смотрел все тот же женский взгляд. Взгляд женщины, страдавшей от неизвестности. Женщины, которая вот-вот может скончаться. Она непонимающе смотрела на него, и в ее взгляде читалось что-то такое, что она не понимала.