Лавка фальшивых чудес. Кинжал обмана

– Руки грязные убери! – Раздался грубый женский голос – Я только витрину помыла, натерла, так нет, приперлись тут и лапают.

На пороге дома стояла высоченная, фигуристая женщина, вызывающая ассоциации с метанием молота, но лицо у нее было чрезвычайно красиво, а фигура, хоть и крупная, но идеальная, соразмерная росту, она, скрестив руки на груди с неприязнью смотрела на посетителей.

– Не бойся. – Засмеялся Джон – Это голем! Герхард, не очень любит живых людей, зато, он великий Ученый, творец. И надо сказать в производстве человекообразных големов достиг высот.

Ты только посмотри на эту красоту, она идеальна! Боже, была бы она настоящая… Красотка! – Он подошел к женщине и потыкал пальцем ей в грудь. – Черт! На ощупь шикарно! Не отличишь от настоящей! – В этот раз, он протянул ладонь и жмякнул грудь уже ладошкой.

Звонкая оплеуха прилетела ему незамедлительно.

– Придурок! – Орала женщина. – Я его жена!

Зал, где они расположились, больше всего напоминал анатомический театр, везде были свалены человеческие тела, как целиком, так и частями, успокаивало одно, тела были похожи на манекены, хоть и очень натуральные, но все же манекены, при взгляде на них было сразу видно, что жизни там нет.

И за столом им прислуживали такие же манекены, только двигающиеся, наряженные в одежду и с улыбками на лицах, издалека они не отличались от людей, но стоило приглядеться и становилось понятно, что это вовсе не живые люди, несмотря на плавность движений, больше всего они напоминали кукол, великолепно сделанных, но все же…

Хозяин дома, не высокого роста, невероятно худощавый мужчина, в пенсне и белоснежном халате, сидел и поверх чайной чашки внимательно изучал антиквара.

– Ну и что тебя сподвигло начать лапать Ингу за грудь? – Прервал он молчание.

Бо покраснел и потер щеку.

– Герхард! Честное слово! Я думал она голем! – Антиквар выглядел очень смущенным, но Марина отметила тень озорной улыбки, мелькнувшей на его лице.

 – Я-то откуда мог знать, что ты женился? Ты меня не приглашал на свадьбу, писем не писал, о жизни своей молчал, как партизан. А тут я решил наконец то поприветствовать старого друга, и на тебе, встречает меня дева, красоты не реальной, вот я и решил, что ты достиг таких высот мастерства…

– Врешь ведь! Ну как можно не отличить голема от настоящего человека? Ладно там кадавра, или человека созданного, а этих то я леплю из того, что под руку подвернется.