Венецiанская утопленница

Утром никто из принимавших участие в экзекуции не смог встать с кровати – Анастасия привязала девочек их собственными волосами к спинкам кроватей и запустила в спальню крысу.

Директриса избежала расправы только потому, что носила парик. Он был публично сорван Анастасией, чтобы доказать всем воспитанницам, что если бы у мадам были волосы – она от мести не ушла бы. Два раза! На бис она сорвала парик, когда мадам сломала об её пальчики указку и послала дворника за розгами. Ведьма плешивая… На стене пансиона появилась надпись об этом и ниже подпись барышни.

…

Почтальон принёс очередной чек от господина губернатора, и Анастасию оставили в покое.

Девочки шептались, что она купается до восхода солнца росой в траве, а зимой ловит голой кожей снежинки.

– Коньяк! У неё шок, – Готтофф обернулся к стойке.

– Коньяк? – Трактирщик напрягся каждой мышцей.

Барышня заметно побледнела, но нашла в себе силы утвердительно кивнуть.

– Я слышала, у вас отменный коньяк. Будьте любезны!

Трактирщик взял бутыль, предназначавшуюся для моряка, и по капле стал цедить яд в рюмку.

Тихо звенело гранёное стекло – руки дрожали. Он ухватился рукой за стойку с бутылками, и она опасно накренилась… Бутылки посыпались с полок, как первый снег в ноябре. Стойка рухнула. Стекло и капли вина изукрасили довольное лицо трактирщика. Он искренне перекрестился и, еле скрывая радость в голосе, пропел:

– Прошу извинить, барышня, всё вино вышло!

Обвёл руками трактир и трагично добавил:

– Трактир закрывается.

Прошу всех на выход!

И тут началась настоящая драка.

10

Во рту собирается грязная жижа. Страшно слово сказать. Она смотрит на него и не падает в обморок. Храбрая девушка. Одним его присутствием можно прокоптить килограмм скумбрии. Он глядит на неё снизу вверх и хочет, чтобы так выглядела его смерть.

В воздухе летают обломки мебели и ошмётки одежды.

Кто-то бросил балалаечника – тот летит и музицирует.

Городовой одним ударом укладывает человека спать.

Полицейский счастлив, когда чувствует себя при деле.

Трактирщик стоически переносит погром. Бояться нечего, и он провоцирует дерущихся своим невозмутимым видом. Он уже посчитал в уме все расходы и понял, что при любом раскладе остаётся в плюсе, в отличие от страховой компании.

Депутаты покидают помещение гуськом. Их прикрывают портфели и провожают тёмные личности, и непонятно они будут их защищать или грабить.

Были и сознательные.