На крыльях феникса

Теперь в одном глазе вместо смешинок находился короткий кинжал, а щеки и нос были залиты смесью из крови, пота и непонятной слизи, что вытекала из глазницы. Себастьян хотел вытащить кинжал, а после и болт из ладони, все еще держащей меч.

– Ардентэл, почему ты не сражался? – спросил Лаитон, вертя отсеченную длань в целой руке.

Себастьян молчал, заливаясь слезами… Все встало на свои места. Часовня была не просто насмешкой, это был богохульный плевок изо рта искаженного в истерическом хохоте. А он просто никчемный трус.

***

Зеленое пламя всколыхнулось и наклонилось в сторону, как при сильном ветре, которого не было. Темнота исходила из узенького коридорчика, таилась по заросшим паутиной углам зала, крылась под сводом остроконечной крыши.

Но вдруг она начала оживать. За спиной Тобиаса клубилась густая, даже не темнота, а абсолютная тьма, которая подобно полупрозрачной дымке выходила прямо из тела Седрика. Тьма сочилась из его глаз, она была практически прозрачна, но при этом черна. Тьма начала поглощать, вбирать в себя, жадно всасывать, как не назови, тени и приобретать слабо различимую форму, а от всей ее сущности тянуло ледяным ужасом, что заставил Себастьяна буквально оцепенеть.

Тело пронзала дрожь и сильный, как при лихорадке, озноб, паладин ощущал, как тепло постепенно покидает его ослабший организм…. Вскоре начали отниматься конечности. Сердце перестало биться, оно трепыхалось.

– Сэр, оглянитесь! – безудержно взвыл, словно баньши (если бы они еще существовали), Лаитон, срывая голосовые связки.

И его крик стал самым мощным из всех криков за сегодняшний день, пока не оборвался.

Ибо тьма вытянулась и внезапно метнула часть себя в сторону юноши. Себастьян увидел подобие когтистой, костлявой лапы, сотворенной из черной массы, отрывающей оторвала голову Лаитона, от чего та отлетела к стене и, отскочив от нее, упала рядом с ним, Себастьяном.

Лицо собрата исказилось в гримасе ужаса, рот и глаза были широко раскрыты. Рану на шее будто сразу прижгли, кровь выглядела уже запекшейся и почерневшей.

Тобиас повернулся к формировавшейся тьме и тут же отшатнулся назад. Она приобрела окончательную форму.

Косматая, рогатая голова….Два сияющий мертвым, синевато-бледным светом, огонька… Когтистые лапищи и змеиный хвост вместо ног.

Молодой паладин ее уже однажды видел.

Огоньки мертвенно-синего света были направлены в его сторону.

ТЫ ПОМНИШЬ… МЕНЯ… МАЛЬЧИШКА? Я ТВОЙ СТРАХ. Я ТВОЙ УЖАС. ЗАМОРРРРЫШ…

Себастьян помнил.