Мастер третьего ранга

Ты извини, но мне уже трудно с тобой разговаривать, мне приходится тратить силы и напрягаться, чтобы днем тебя видеть. Поэтому я отдохну, – скривился Иван, потирая наливающиеся тупой болью виски.

– Хорошо. Только ты это, в кольцо не загоняй. Я с девицами познакомлюсо схожу. Ладные такие, грех мимо пройти, – лукаво улыбался дед, косясь в сторону берега реки.

– Без проблем. Только ученика моего не пугай, – отмахнулся мастер и, выходя из состояния иного взгляда, лег в пахнущую горечью и прелью сухую траву.

Слушая, как над ухом стрекочет кузнечик, и, почесывая небритую щеку, он вдыхал полной грудью насыщенный аромат разгоряченных зноем трав, пытаясь расслабиться и задремать, как вдруг, почувствовал всплеск энергии, и то, как резко похолодел перстень.

– Вань, чего это так плескануло? – послышался встревоженный возглас подмастерья от реки.

– Не обращай внимания! – не поднимаясь и не открывая глаз, крикнул Иван в ответ. – Это дед шалит.

– Дуры, бесстыжия, – бубнил на грани слышимости, обиженный скрипучий голос.

 – Я к ним со всей душой, а они по морде. Стервы!

Иван решил не реагировать и не комментировать позорное фиаско, престарелого полтергейста–ловеласа, сладко зазевал и медленно покатился в черноту глубокого сна.

***

В темный густой лес, сквозь плотные лапы елей почти не проникал солнечный свет. Не смотря на лето в промоинах, еще лежал смерзшийся в плотные куски грязный снег. Это было обычным делом в районе отступающих ледников.

В иных местах, по сию пору никак не могли растаять грязные, ледяные валуны, что за последние годы потеряли в объеме лишь с десяток сантиметров.

Даже сквозь мягкий ковер из рыжих еловых иголок, ссыпавшихся с сохнущих ветвей, чувствовался хруст хрупкого льда и промерзшей земли.

Мастер Братства замер, под одной из развесистых елей, опустив уставшую руку. Огромный тесак, похожий на увеличенный до размеров меча, мачете, вонзился острием в мягкую почву, и замер, достигнув, притаившегося под ней льда.

Широкая спина была напряжена.

Охотник на тварей весь обратился вслух.

Позади, зашуршала еловая подстилка. Кто–то наступил на сухую ветвь.

Мастер резко развернулся. Вслед за вырванным из почвы рубилом, в набегающую, сутулую фигуру полетели рыжие, еловые иглы. Со звоном и искрами сомкнулись клинки, и чучело отпрыгнуло назад.

Переступивши с ноги на ногу, враг вновь ринулся в атаку, нацелив оружие охотнику в грудь. Снова лязг металла, и клинки костомахи отлетели вверх.