Мастер третьего ранга

Ниш было много, и костям по виду был уже не один десяток лет. О том же свидетельствовали надписи с именами и датами, начертанные мелом на старых кирпичах.

Отрезок чудом сохранившейся канализации превратился в массовый склеп. Отовсюду в этом царстве смерти на Ивана скалились остатками зубов, и безмолвно смотрели провалами пустых глазниц, пожелтевшие, продырявленные черепа.

Звон капель понемногу стихал. Под ногами перестали метаться облезлые крысы. Их территория осталась позади. Серые наглецы не смели ступать во владения буйного деда.

Атмосфера этого участка явственно похолодела, даже запах плесени и гнили будто отступил. Пошли ряды самых старых, разрушенных, затянутых пыльной вуалью паутины, ниш.

Иван остановился. Изо рта появился пар. Пламя Факела затрепетало и стало искрить. Впереди показалась конечная точка его пути в этом склепе.

Ею был просторный коллектор, испещренный дырами, забитых сточных труб и обитающий в нем, в край задолбавший всех, несносный дед.

– Дед! Это снова я! На этот раз, хочу поговорить.

Давай без нервов. Решим все миром, – восклицал мастер по направлению к коллектору, страшась, что оттуда может прилететь кусок арматуры или увесистый кирпич.

Тут же ощутимо похолодало. Блещущие влагой стены покрылись кристаллами инея.

– А чего оттудова орешь? – отозвался скрипучий, старческий голос. – Ты ходь сюды! Я по тебе уже соскучиться успел.

– Иду! Только ты давай без фокусов!

– Чапай–чапай! Жду!

Стиснув покрепче рассеивающий хлыст, Иван со всей решимостью направился в коллектор.

Но войти в помещение дед ему не дал. Остановил в тесной арке у входа.

– Стой там, дальше не ходь! Ну, переговорщик хренов, а цацка тебе зачем? Ты ежели с миром, то спрятай ее, спрятай.

Иван покрутил в руке хлыст. Там, где его остановил хитрый дед, с ним не развернуться. В просторном коллекторе, да. Там есть, где размахнуться, а в проходе слишком узко. Делать было нечего, он прикрепил единственное оружие к поясу, но руку придержал у заранее раскрытого мешочка с железной стружкой.

– Ну, чего сегодня споешь? Чем старика на сей раз будешь веселить? – иронично проскрипело из темноты. – А где твой потешный малец? Живой надеюсь? Чего один явиться изволил?

Факел заискрил и зашипел сильней. Пламя метнулось, словно от сильного дуновения ветра. Света хватало только на то, чтобы осветить небольшой участок теряющегося во мраке коллектора и часть погребального стола, на котором лежал обглоданный крысами добела скелет.