Сказ про то, как некромант и кот подвиги вершили

– Котяра вшивая…

– Стой, рожа наглая…

– Я тебя за хвост и башкой о землю…

– Да чтобы ты так за крысами гонялся…

Эти и другие непечатные выражения оглашали поляну.

Не знаю, сколько бы еще продолжалась эта клоунада, но в дело вмешался Лепесток. Когда Эльра пробегал мимо него, мой конь аккуратненько тюкнул копытом между ушек котика. Эльра свел глаза в кучу, исполнил пьяный вальс, театрально крутанулся на задних лапах и драматически грохнулся об землю.

– Живой? – спросил запыхавшийся эльф, когда я поднял кота на руки.

– Живой! – подтвердил я, вслушиваясь в обиженное сопение обморочного кота, и с укором посмотрел на Лепестка.

Лепесток виновато ковырял копытом землю.

– Вот кусок замороженного мяса, как Вы и заказывали, – услужливо склонился предо мной трактирщик. В руках он держал поднос, на котором, действительно, лежала замороженная индюшачья запчасть.

– К морде того эльфа, пожалуйста, – я тоже пытался быть вежливым.

Морда эльфа, как и сам эльф, находилась за соседским столиком. И на этой морде расплывался огромны лиловый синяк.

Я с истинным, эстетическим удовольствием разглядывал подбитую морду своего телохранителя. Даже моргать было жалко.

Сам Айлин сидел за столиком в компании батареи пустых и полных бутылок вина, Василия, Луки и Эльры. Ну, Лука дрых мордой в стол, Василий находился в прострации от количества выпитого. А вусмерть пьяный кот лежал на спине лапами вверх посреди всех бутылок на столе.

При этом его мурлыкание оглашало весь трактир, перекрывая ночной гвалт ночных загуляк.

А как эпично все произошло. Я закурил рубку, вспоминая…

Когда мы дошли до Бартулая, день уже перетекал в вечер. Эльра пришел в себя, и напоминал об этом кошачье-мартовским воплем.

Зайдя в поселение, мы сразу выпустили кота на вольные хлеба. И пошли искать трактир.

Нашли.

Вывеска с лаконичным названием «Дохлый суслик» заманила нас только одним своим названием. Внимание, спойлер. Сусликов здесь не подавали. Это первое, что спросил добродушный Василий. Короче, сняли две комнаты и гостиную на десять человек, предварительно сдали живность копытную в конюшни, и пошли побродить по почти городу.

Идем, гуляем. Треплемся каждый о своем.

И тут из-за угла вылетает белая тигрица с меня ростом в холке.