S-T-I-K-S. Вмерзшие

– До завтрашнего утра здесь посидим. Сильно нашумели. Опасно идти.

– Здесь с дровами как? Эти уже к концу подходят.

– Иди пошарься по помещениям. Все, что деревянное или бумажное есть, тащи сюда.

Что-то такое я и предполагал.

Щелкнул фонарем, проверяя работоспособность, взял ледоруб и пошел на поиски. Пистолет на всякий случай из кармана переложил в левую руку.

Стремно как-то по этому космическому кораблю одному шляться. Сразу нехорошие ассоциации с каким-нибудь молодежным ужастиком возникают. И я такой классический идиот, который в одиночку в темноте куда-то поперся.

Если сейчас еще фонарик мигать начнет, точно назад пойду.

Шутки шутками, а какой-нибудь заблудший рейдер вполне мог сюда зайти и загнуться от спорового голодания, обратившись в пустыша, который сейчас заперт в одной из комнат и затаился в предвкушении.

Ну его нахрен. Усилием воли я отогнал дурные мысли, а то сейчас в каждом предмете чей-нибудь силуэт мерещиться начнет. Во тьме многие вещи любят принимать очертания наших самых страшных кошмаров.

Тяжелые подошвы ботинок с громким стуком касались пола. Этот звук гулким эхом разносился по пустым помещениям станции. Я уже один раз повернул направо и один налево. И теперь оказался у развилки.

Главное – не заблудиться, так что снова повернул налево. Прошел по коридору и уперся в массивную дверь. Потянул створку на себя и оказался в просторном помещении. Столовая, не иначе.

Все столы прикручены к полу. А вот стулья были как бы на роликах. И сейчас стояли в стопоре.

То есть, захотел бы я сейчас сесть, мне сначала нужно ногой снять стопор, потом по колее прокатить стул, отодвинув его. Потом сесть и снова пододвинуть. Интересно придумано, конечно.

Я прошел направо, где за раздачей виднелись двери в кухню. Зашел внутрь. Начал рыться в шкафах, нашел зажатые в креплениях разделочные доски. Отлично. Все сгорит. Там же обнаружил топорик для мяса. Вручу Дембелю. Пригодится как запасной инструмент, черепа вскрывать. Еще попался добротный нож, такой не сломается, если им щепки строгать начнешь или в кость ударишь.

Еще поискал, сгреб в кучу всякие скалки и толкушки для пюре, а точнее, картофелемялки. По-моему, самое уродское слово, которое придумало человечество. Перехватил все веревкой и пошел обратно. Скинул пожитки у печки.

– Держи. В награду тебе за боевые заслуги.

Дембель рассмеялся и подгону страшно обрадовался. Все-таки понимал, ледоруб в Цитадели вернуть придется, а так, хоть ножик собственный будет.