Дело всей смерти

«Но почему они замахнулись на Божий промысел? Почему действовали согласованно? Когда успели сговориться?» – ставил След вопрос за вопросом на полях пергаментов. Вот на что дознание не дало ответ. А именно здесь демон сыска увидел опасность. Он поручил этапировать фигурантов дела к себе для дополнительного допроса.

В ожидании преступников След сложил крылья и с подобающей важностью прошелся по кабинету. Он был доволен собой. За каких-то пять тысяч земных лет из рядового ангела мрака, с крохотными, размером с капустный лист, крыльями, он выбился в значительные персоны! А начинал-то, смешно вспомнить: с кочегара в секторе огненного воздаяния.

Швырял уголь в топку печи на миллион погибших душ, а позже подкладывал дрова под сковороды эксклюзивно поджариваемых грешников. Тяжелая, грязная работа, и только следи, как бы искры не подпалили оперение! С тех самых пор он возненавидел пламя, пекло, брызги кипящего жира, маркую золу.

Впрочем, его восхождение на административные высоты могло быть стремительнее.

Не один и не два раза на этом пути он заходил в тупики, надолго застревал между этажами.

Опыт пригодится в новом походе. Ведь почивать на лаврах След не собирался. Вон как дерзок и честолюбив взгляд на любимом портрете. Даже, пожалуй, излишне, разоблачительно честолюбив. Не кликнуть ли опять художника? Пусть притушит бросающиеся в глаза гордыню и вызов. Не время выдавать свои амбиции.

След вернулся за стол, расправил крылья, вдохнул полной грудью. Из этого кресла открывались захватывающие карьерные дали.

Только теперь и настала пора крупной игры. Отсюда начиналась дорога на самую вершину власти. К трону Сатаны.

У демона сыска сладко заныли клыки от предвкушения триумфа. Он грезил наяву, уже видя себя владыкой ада. След фантазировал, как геенну огненную сделает ледяной. Его царство теней – не крематорий, а морозильник с мириадами скованных льдом грешников. Пропащие души здесь будут наказывать не вечной болью, а безмерным одиночеством. Зачем каждое утро раскаленными щипцами вырывать у бывшего карманника отрастающие за ночь ногти, как по старинке практикует нынешняя администрация, если довольно один раз ампутировать у него все ощущения: от зрения, слуха, обоняния, осязания.

Лишить равновесия, ориентации в пространстве, чувства времени. И на века оставить в сиротстве и покинутости.

О, какое восхитительное мучение, какая безнадежность вырастут в такой заброшенной душе! Демон даже застонал от удовольствия.