Дело всей смерти

Тут смертной боли запросишь, как наслаждения. Грубого прикосновения палача возжаждешь, как ласки. Бесчувственная душа обречется на самые чудовищные переживания! И если телесные ощущения узников ледяного ада будут погашены, то ярче вспыхнут чувства у людей на земле. Он, князь тьмы, позаботится о таком перераспределении «напряжения».

Возрастет накал впечатлений, сила восприятия. Тем самым увеличится сладость удовольствий, которые ведут к гибели души. Обнаженные тела станут желаннее, кушанья аппетитнее, краски тропических морей еще интенсивнее и ярче, ереси обольстительнее! Полевые работники ада – вербовщики и искусители, ловцы человеков – не преминут этим воспользоваться для заманивания в греховные сети.

Какой двуногий откажется от услад, даже грозящих вечной погибелью, если они несказанно приятны?

– Все, все, что гибелью грозит, для сердца смертного таит неизъяснимы наслажденья, – с пафосом вслух продекламировал След пушкинские строки. Он знал не только земную живопись, но и литературу – отдавая предпочтение детективам, и другие людские искусства, придерживаясь правила, что бить врага можно, только изучив его оружие.

И совсем короток станет шаг от насыщения к обжорству, от любви к разврату, от сомнения к богохульству.

«У всякого найдем слабину. Каждого ухватим! Не станет праведников, и рай опустеет. И в конце истории не Он, Бог, а я, хозяин ада, буду судить род людской. Ко мне перейдет право сильного, а у Папочки, так издевательски демон именовал Отца Небесного, останется только право первородства.

Он – породил, а я воспитаю. Взращу порочное племя и уведу в тлен и небытие. И поставлю точку в проекте „Человек“. И посмеюсь, и восторжествую над ним!»

След услышал свой ликующий смех, опомнился. И вовремя: в кабинет после предупредительного карябанья когтями о дверь, которого погруженный в мечты демон не уловил, прошмыгнул конвойный бес. Доложил, что обреченные доставлены.

«Надо же, как высоко я воспарил. Но грандиозный масштаб дерзаний – мой великий признак!» – самодовольно подытожил демон сыска.

Пристально посмотрел на конвойного. Бес подергивал свиным рылом, как бы принюхиваясь. Не показался ли хвостатому подозрительным одинокий смех начальника?

– Введите обреченного Круглова. Остальных придержите за дверью, – строго приказал След.

Впрочем, он не боялся, что его тщеславные замыслы станут известны. Психопеленгаторы берегли от телепатических взломщиков. Сам Сатана не смог бы порыться в голове демона сыска.