Дело всей смерти

А вот контрразведка давно провела телепатическую прослушку в кабинеты адских функционеров, и След имел компрометирующие досье на многих своих крылатых и рогатых сослуживцев.

Только в райские границы доступ гражданам ада был наглухо закрыт. Преисподняя, алчущая разрушения рая, словно в насмешку была вынуждена оказывать услуги по охране райских рубежей. Защищать от просачивания флюидов – психического тока, испускаемого спиритами. Выискивать души, незаконно проникшие в рай – из тех, что временно отделились от тела при клинической смерти, коме и заблудились в мире теней.

Сторожевая миссия была платой темного мира за малую толику любви, которую Творец уделял своим падшим созданиям. Без любви не могло существовать даже царство зла. Но полицейскую и контрразведывательную работу в интересах рая демоны вели только извне. В рай их не допускали, командировок в Эмпирей не оформляли, информаторами в раю адская секретная служба не располагала. В рай из чертовой контрразведки уходили только донесения.

А порядок в обители блаженных наводили ангелы. Так, именно херувимы по наводке демона сыска навечно выставили за райские врата Круглова, Непейводу и Зуева, а заодно и Атлантиду.

«А как бы славно было запустить руки в рай. Разведать, что у Него на уме. Познакомиться с Его планами, – снова вознесся в облака воображения След. – Узнать, например, дату второго пришествия, последней битвы, срисовать схему расположения полков этого финального сражения. И выведать, что Папочка предначертал для меня, уготовил ли мне стать царем ада? Хоть бы одним глазком глянуть в книгу судеб, на страничку, где прописан мой путь.

Какая досада, что не дано нашему брату полистать эту книжку».

И След, готовясь задать первый вопрос, с обостренным интересом и тайной завистью всмотрелся в того, кому повезло читать книгу судеб в райской библиотеке – обреченного на вечные муки Круглова. Бес прочно усадил грешника на утыканный острыми шипами стул перед столом демона и, помахивая хвостом, удалился.

Глава 8

Допрос

Узнать майора Круглова в создании, корчившемся на иглах, было нельзя. Это был голый карлик с узенькими плечами одно выше другого, впалой грудью, огромным животом, свисавшим бледной каплей до колен тоненьких бледных, как ростки картофеля, ножек и раздутой, в треть туловища, безволосой шишковатой головой. Меж близко посаженных глазок торчал длинный нос. На лоб косо падала черная челка. Левая рука по локоть отхвачена.