Ассасин: зерно Хаоса

Нет, что бы ни говорили, но у Наблюдателя все-таки странное, порой извращенное чувство прекрасного, или юмора, или еще там чего…. Мог бы ведь ее обычным человеком сделать, но нет, пошел по какому-то своему пути. Впрочем, признаюсь, получилось замечательно: серая кожа с синеватым оттенком, стройная, с осиной талией и большой крепкой грудью, точеное личико и белоснежные волосы. Моя Гая…. И все же придется возвращаться на тракт, либо лезть через горы, а с альпинизмом я далеко не на «ты» от слова совсем.

Я вздохнул и, поворошив палкой в костре, заставил притухший огонь вспыхнуть с новой силой, выбросив в воздух сноп ярких потрескивающих искр.

Лежащая неподалеку Колючка подняла голову, окинула меня недовольным сонным взглядом и, протяжно зевнув словно кошка, вновь предалась объятиям сна. Ну, или очень умело притворилась спящей, впрочем, чего мне скрывать. Я скинул куртку, осторожно стащил с себя рубашку и, размотав бинты, осмотрел рану. Отверстие от пули практически затянулось, оставив довольно порядочный рубец, который иногда сверху начинал исходить сукровицей. Тогда все плечо начинало гореть, а где-то внутри оживал неведомый «злой демон» принимавшийся пожирать его огнем дергающей боли. И тут не помогали даже все мои способности, создавалось впечатление, что что-то мешало успешной регенерации, хотя, по словам лечившего меня доктора, рану он вычистил и весьма тщательно. Не верить ему оснований не было. Вот и сейчас рубец припух и каждое движение рукой вызывало в ней неприятные ощущения. Я достал из рюкзака баночку с некогда выданной мне доктором мазью и, морщась, принялся втирать ее в плечо, чувствуя, как боль медленно и словно нехотя отступает. Закончив с этим, я оделся и завернувшись в одеяло попытался уснуть, как подвижки в слоях реальностей, заставили меня напрячься и не открывая глаза подтянуть к себе лежащую на расстоянии вытянутой руки катану. Кто это? Наблюдатель? Нет, он совершенно точно ушел, да и перемещался куда изящнее и почти неощутимо, подобно лучу света по струнам скрипки. Тут все намного топорнее. Я приоткрыл один глаз и посмотрел на Колючку, та видимо тоже что-то почувствовала, потому как уже стояла на лапах и, ощерив свою пасть, смотрела куда-то мне за спину. Легкий, толчок, воздуха – пора. Я вскакиваю на ноги, одновременно разворачиваясь и выхватывая катану из ножен, и замираю на месте, ибо предо мной стоит молодая красивая женщина с длинными ярко-красными волосами, облаченная в платье сотканное из полыхающих языков пламени.