Еще один некромант 3. Прыжок назад

Судья учтет, что мы приложили все усилия, чтобы вылечить тебя, вполне возможен условный приговор, и срок небольшой. Если ты подпишешь мировое соглашение – это станет еще одним доводом в пользу Тани. Я готов дать тебе денег, если согласишься. Не так много, как потратил на лечение, но всё равно тебе пригодятся. На реабилитацию и вообще. Скажем, миллион рублей.

– Недорого вы мою инвалидность оценили. А реабилитацию вы оплачивать не хотите?

– Извини, но нет. Реабилитация будет длиться еще много месяцев, у меня нет времени ждать.

И на совесть давить не надо – ты тоже виноват в случившемся.

– Моя виновность значения не имеет. Мироздание наказывает не виноватых, а глупых, слабых и неосторожных. Я просто стал любовником не той девушки. При ее характере она рано или поздно навлекла бы на себя и окружающих проблемы.

– Да ты философ.

– А что делать? – отшутился я. – Ниже пояса не работает, придется учиться пользоваться головой.

Я видел, что он под маской делового человека волнуется о чем-то, по-настоящему волнуется.

Не обо мне – плевал он на меня. О чем-то важном лично для него.

– А почему вы торопитесь с подписанием бумаг?

Отец Тани вздохнул, встал с кресла, прошелся по палате. Потом встал у окна и, не глядя на меня, сказал:

– Пока было неясно, выживешь ли ты, я Таню на всякий случай из страны отправил. Сейчас она в Штатах. Хочу вернуть ее побыстрее. Боюсь я за нее. Она там одна, жизни той не знает, и помочь ей я не смогу, если что случится.

Видно, ему хотелось поговорить о наболевшем, он продолжил:

– Она чуть ли не каждую неделю пишет, что слышала выстрелы. То полиция в кого-то стреляет, то банды черных и латиносов между собой отношения выясняют, то жертва ограбления начинает отстреливаться от грабителей… В мирном городе, в хорошем районе – и стреляют. Я каждый раз читаю ее письма – и боюсь. Вдруг нарвется на грабителя или на случайную пулю?

Владимир Васильевич сунул руки в карманы, прошелся из угла в угол.

Он подавлял, в его присутствии палата казалась меньше, чем была на самом деле.

– Потом, она с парнями там знакомится. Она пишет об очередном парне, а я боюсь – вдруг изнасилует или покалечит? Мало ли уродов.

Вздохнул.

– А больше всего я боюсь, что она по глупости и от безделья на наркотики всерьез подсядет, там этого добра хватает, и на этом ее жизнь закончится.

Я прислушался к своей интуиции. Собеседник не врал. Он действовал в своих интересах.