Еще один некромант 3. Прыжок назад

Он готов заплатить мне за подписание договора, но если я не соглашусь – и без него обойдется. Может, судье заплатит через адвоката. Я потом смогу на них в суд подать, но это будет другой суд, о возмещении ущерба, а не уголовный.

– Я не против подписать соглашение. Но над суммой компенсации вам стоит поработать.

– Сколько?

Я прикинул, какие аргументы могут выдвинуть адвокаты при оценке материального ущерба. Россия – не США, тут компенсации в миллионы долларов присуждать не станут.

– Десять миллионов рублей.

– Хорошо. Адвокат завтра заедет.

Так состоялась наша сделка. Я извлек из паршивой ситуации хоть что-то полезное.

Можно ли деньгами оценить инвалидность? Нет. Но и другого варианта нет. Разве что в отместку сломать позвоночник Татьяне, но мне от этого легче не станет. Вот и свелось всё к выплате денежной виры, как делается в Том Мире, и как было принято в европейском праве начала средневековья. Века идут, а по сути ничего не меняется.

* * *

После встречи с адвокатом ко мне пришел лечащий врач.

Он излучал уверенность и оптимизм.

– Мы проведем несколько анализов, проверим ваше состояние, если не найдем осложнений – через пять дней выпишем. Реабилитацию будете проходить дома.

Я впал в ступор.

«Выпишут? Серьезно? Лежащего пластом больного, у которого нет половины внутренних органов? Через пять дней?».

– Простите, а как вы себе представляете мою жизнь вне больницы?

– Вы должны понять – мы занимаемся лечением. Ваше состояние стабильно.

На быстрые улучшения рассчитывать не стоит. Всё, что могли, мы сделали, больше мы ничего для вас сделать не можем. Уход за инвалидами – не наша работа, если это вам необходимо – есть специализированные заведения.

– Угу. И грант на мое лечение кончился.

– И это тоже, – смутился врач.

Он был еще слишком молод, не привык обсуждать, сколько денег стоит человеческое здоровье или жизнь.

В принципе, врач был прав. Действительно ведь они меня вылечили, насколько это возможно, а дальше – не их дело.

Мою койку ждет какой-то другой больной.

* * *

Медсестра, та, которая любительница кошек, стала возить меня на обследования, брать у меня анализы.

Это оказалось даже интересно. В первую очередь сестра научила меня перебираться с кровати на кресло-каталку. Я приобрел новую степень свободы – из лежачего больного превратился в мобильного.

Скоро приехала мать, привезла планшет и телефон.

Известие о скорой выписке ее шокировало.