Мир ходячих мертвецов. Вероятие

Катя захотела взлететь со стула и молниеносно преодолеть эти ограждающие метры, чтобы обнять ее, услышать смех и тот мелодичный голос, но ноги от скованности не давали подняться. Словно ее кто-то приклеил к стулу, она хотела закричать, начала извиваться, а остальные, как ни в чем не бывало, продолжали кушать, пить, общаться, смеяться. Катин Однокурсник достал гитару и заиграл песню «Баста – Сансара».

– Когда меня не станет, я буду петь голосами моих детей и голосами их детей…

Вокруг все жило и двигалось, но лишь Катя оказалась в плену неведомой силы, отобрав возможность совладать с собой.

Как вдруг на лицо ее струей плюнуло горькой водой. А открыв глаза, она увидела, как Илья в крови замертво повалился телом на нее. Девушка изо всех сил заорала…

Федор подпрыгнул, уронив компактный бинокль, оставив деда Егора старшим, и в тот же миг растворился в коридоре наедине с темнотой, медленно вышагивая в сторону лестничной площадки. Его слух навострился любому шороху, а рука безотказно держала бесшумный АПБ.

Шаг за шагом его путь сокращался к площадке, а доза страха прибавлялась. В голове царил страх неизвестности, адреналин как молния проскользнул по телу. Страшные мысли овладевали разумом, когда ты прекрасно понимаешь, что на кону жизни близких. Как вдруг Федор, спускаясь, наткнулся на голову Дрона, лежавшую в центре кровавого бассейна. Его обезображенное тело слегка осветилось луной, лучи которой провожали в путь далекий остатки вытекающей жизни в виде маленькой речонки по лесенкам вниз, а дышать стало еще сложнее, ощущая ноздрями противный металлический вкус крови, плесени и протухшего мяса.

Перешагивая в темных стенах тонувшего коридора, переполненного магистралью противных запахов и толкающего холодного порыва ветров, Федор пристально смотрел на вторую спускавшуюся лестницу, и не сдержался взглянуть на разочарованные, оставившие жизнь, глаза Дрона. К горлу подошел комок и захотелось выблевать съеденные кусочки говяжьего мяса и жира, но нараставший позыв удалось остановить, сконцентрировавшись на мысли, поскорее разобраться с этим рэмбо.

Он даже не успел, наверное, ничего понять, как вдруг прогремел очередной свежий и более отчетливый женский визг, несомненно, принадлежащий Кати.

Федор чуть ли не бегом миновал шумную лестницу, забросанную пожитками бывших жителей этого угаснувшего мертвого домика, и уткнулся на Александра, получившее ни одного ножевое ранение.