Горящая крыша

Поэтому мне точно не жаль человека, который выпал из общества всего лишь на несколько месяцев.

«Во-первых, какие пару месяцев? Я уже как год являюсь пленником нашего тела. А во-вторых, не надо преувеличивать про восемнадцать лет. До одиннадцати мы с тобой абсолютно нормально общались и все было хорошо.»

Просто до одиннадцати ты считал меня своим воображаемым другом и разговаривал со мной только тогда, когда тебе становилось скучно, но, как и всегда, ты ошибался. Хотя в то время я тоже не до конца понимал происходящее.

Я видел все твоими глазами, ощущал то же самое, чувствовал вкус еды, но общаться мог только с тобой и больше ни с кем. А затем я понял, что существую внутри тебя и меня это…

«Тебя это взбесило, и ты просто перестал отвечать мне. Знаешь, тогда я в первые пережил утрату близкого человека. Мне казалось странным твое внезапное исчезновение. Я был уверен, что обидел тебя и очень сильно переживал из-за этого, но сейчас я понял. Все твой эгоизм, который проявился уже тогда.

Ты просто решил оставить меня в одиночестве и наблюдать со стороны, как обычный зритель в кинотеатре.»

Вообще, я просто научился мыслить тише, и ты меня перестал слышать. Жаль, что ты сейчас не можешь сделать тоже самое. Это бы облегчило, как минимум, мое существование.

«Знаешь, чтобы сделало мое существование значительно легче? Возможность управлять собственным телом.»

У тебя не хватит сил управлять телом на постоянной основе, и ты сам об этом знаешь. Если бы у тебя осталась возможность быть главным, я бы им точно не стал.

А так ты ослабел, и я взял управление на себя. Тем более, когда я случайно уступил тебе лидерство, что ты сделал, напомни.

«Я собрался поехать к родителям. На кладбище. После похорон прошло около года и мне просто необходимо было их навестить. Снова увидеть их, пусть даже просто как фото на камне, почувствовать их рядом с собой, поговорить, за этот год я все равно научился вести диалог без собеседника. Мне до сих пор не понятно, как ты мог так взять и забыть про них.

Они были и твоими родителями тоже!»

Они не были мне родителями. Они даже не знали про мое существование. Я для них не существовал. Они не считали меня своим ребенком, а я не превращал их в собственных родителей, по мне довольно честный размен. И вообще перестань надавливать на мою слабо работающую совесть, ей и так приходится со многим мириться. Теперь же вернемся к твоему очередному глупому поступку.