Генерал Империи – 6

Поэтому я тут же приказал отойти от разрушенного корабля и мгновенно бросился на таран соседнего вымпела.

Вся полуцентурия, несмотря на то, что лишь один из сорока восьми кораблей был уничтожен, заколебалась и нарушила боевое построение. «Одинокий» кречетом ворвался встаю голубей и заставил их сильно испугаться. Командоры легионерских крейсеров, позабыв о строе, начали разворачивать вымпелы, одни, пытаясь уйти от столкновения с «Одиноким», другие, наоборот, разворачиваясь к нему носом и стараясь атаковать.

Цели для моих последующих таранов были еще более легкими. «Одинокий» бросался то на один, то на другой вражеский крейсер, не давая им даже малейшей возможности хоть как-то противостоять его смертельным наскокам. Сектор пространства озарился ослепительными вспышками детонировавших кораблей полуцентурии, гибнущих под мощными ударами моего флагмана. Одни взрывались, другие просто раскалывались на части – это было одновременно и завораживающе прекрасное и ужасное действо.

Вслед за «Одиноким» в сражение вступили корабли Наливайко и Наэмы. «Вишенка» и «Бешеный бык» приблизившись к полуцентурии на расстояние выстрела, открыли по ближайшим к себе кораблям ураганный огонь. Гарнизонные крейсеры уступали нашим вымпелам настолько, что со стороны казались слабыми и незащищенными младенцами, пытающимися сражаться с профессиональными наемниками и убийцами.

По «Одинокому» прошла легкая волна вибрации от заработавших на всю свою мощь двигателей, и корабль рванулся вперед, опережая «Бешеного быка» и «Вишенку».

Я смело пошел на сближение с идущей нам навстречу полуцентурией врага. Я оставался спокоен, понимая, что защитных свойств брони крейсера хватит, чтобы невредимым долететь до строя легионеров, а там уже разберемся с ними при помощи старого доброго тарана.

Полуцентурия тут же открыла беспорядочную заградительную пальбу по быстро приближающемуся крейсеру, пытаясь сжечь его плазмой орудий.

Но, не все корабли Браны успели сосредоточить огонь своих главных калибров на «Одиноком», слишком быстрым и внезапным был мой «форсажный» рывок им навстречу. Плазма выстрелов уже было начала разрушать лобовую броню моего крейсера, однако обшивка выдержала, а буквально через двадцать секунд я уже был в тысяче километров от полуцентурии.

– Скорость не снижать, всем членам экипажа приготовиться к таранному удару! – объявил я по общей связи.