Хирург возвращается

Вдоль правой стены – рассохшийся дерматиновый диван с ржавыми ножками, покрытый теми же историями болезней. Возле него стоит маленький журнальный столик, уставленный всевозможными сладостями: тут тебе и вазочка с дорогими разносортными конфетами и шоколадками, и какой-то полузасохший ягодный пирог, и надрезанный торт в форме сердечка, и надкусанный ломтик хлеба, и миниатюрная тарелочка с нарезанной абы как колбасой… Кроме съедобных предметов, на столике как-то помещаются электрический чайник на полтора литра и штук пять немытых чашек с блюдцами.

Помимо всего прочего хозяйка кабинета умудрилась втиснуть между ними банку растворимого кофе и начатую пачку чая «Липтон» в пакетиках.

По левую сторону двери стоят два продавленных кресла, обитых выцветшей материей, и один новый металлический стул без покрытия. На стене – простая проволочная полочка, под завязку набитая медицинскими книгами, в том числе и довольно редкими. А правее полочки, ближе к письменному столу, в голубой пластмассовой рамке размещалось лаконичное, но емкое изречение: «Кто со мной не согласен – тот дурак», старательно выведенное красной тушью на ватмане.

Обстановку завершают советских времен платяной шкаф «под красное дерево» и стандартная фаянсовая раковина. Микроскопический кусочек розового мыла и жеваное полотенце в разводах свидетельствуют, что здесь иногда моют руки.

– Да уж! – только и смог я сказать, перешагнув порог кабинета.

Похоже, предположение, что Зинаида Карповна – та еще штучка, подтверждается. Творческий беспорядок и убогая обстановка… дама давно махнула на себя рукой.

– Да вы не стесняйтесь! – легонько подталкивает меня в спину Егор Кузьмич. – У нее всегда так. Берется сразу за сто дел…

– И ни одного до конца не доводит, – продолжаю я его мысль.

– Ну, отчего же, – улыбается начмед, – насчет больных и операций она огонь-баба!

– Я вижу, – показываю в сторону кипы историй болезней, – вон читается слово «май».

А на дворе уже август месяц. Как же вам страховые компании перечисляют деньги на зарплату, если истории до сих пор не сданы?

– Что есть, то есть! – кисло соглашается Кузьмич и выглядывает в коридор. – Куда-то она запропастилась? Вы присаживайтесь куда-нибудь, а я пойду, поищу.

– А Зинаида Карповна вообще в курсе, что я приеду?

– А как же? Еще вчера знала.