Эвви и три луны

Они не видят, что его улыбка, его голос – это тоже ответ, досадовала спутница молодого философа. Он же любит их, пусть сам считает свою любовь поверхностной.

– У нас всё свелось к вере, неверию, к Его реальности или к Его отсутствию, – он отвечает сейчас человеку в костюме философа. – А Он больше и глубже. Но будет ли Его отсутствие способом Его бытия, пусть и непостижимым, пусть беспощадным к нам или же просто отсутствием, прочерком, – зависит от нас.

Несколько голосов:

– Ты так уверен, что это истина?

– Я не знаю истины, – отвечает молодой философ, – и не уверен, что это истина.

Но это возможность для истины.

– Он пришел смутить нас! – взвился человек в костюме философа. – Он хочет, чтобы мы усомнились в наших богах и в себе самих. А потом навяжет нам свою правду!

– Но у меня нет правды, – улыбнулся, развел руками молодой философ.

Толпа зашумела.

– Скажите, вы возмущаетесь тем, что я хочу навязать вам, принудить вас, – пытается молодой философ, – или тем, что мне не к чему вас принуждать?

Горожанин в костюме философа бросается на него.

Спутница молодого философа толкает нападающего в бок, чтобы сбить с траектории, но тем не менее тому удается уронить ее любимого на землю. Толпа набрасывается на проповедовавшего и его спутницу и начинает бить. Полицейские свистки и тяжелый, потому как в латах, топот ног полицейских-центурионов. Толпа останавливается, била без особого остервенения, и останавливается легко (не успела войти во вкус). А тут как раз заиграл рожок, значит, продавцы рыбы объявили продажу свежего улова, к тому же надо успеть домой к дневному сериалу.

Старший над центурионами оценил ситуацию: таких повреждений, чтобы заводить дело, задерживать подозреваемых, опрашивать свидетелей, нет. И пострадавшие не настаивают. Ему нравится, когда пострадавшие ни на чем не настаивают. Пусть полежат немного, придут в себя. Ну и ладно, значит, обойдемся без всей этой херни с протоколом.

Он даже не знает истины, – возмущается один из тех горожан, что отходят сейчас от места драки и свалки.

Проверяет свой новый хитон, не порвался ли в свалке. Нет, слава богу.

– То ли дело, на прошлой неделе, приезжал торговец смыслами, – говорит другой горожанин, полдуката за мешочек со смыслом. Дукат за мешочек с Главным Смыслом.

– А скидки были? – спрашивает его женщина с ребенком на руках.

– Своеобразная дискуссия получилась, конечно, – молодой философ кое-как поднялся, подает руку, помогает встать своей спутнице.