Цеховик. Книга 2 Движение к цели

Но, как известно, место встречи изменить нельзя и всё всегда повторяется снова и снова. Вообще всё в нашей жизни.

Из тени нам навстречу шагает тёмный силуэт. Это фигура женщины.

– Егор! – восклицает она. – Нам нужно поговорить!

Я сразу же узнаю её голос. Это лейтенант милиции Лидия Пирогова.

4. Передышка

Мать замирает, а отец хмыкает.

– Вам тоже переночевать, девушка? – спрашивает он.

Лида не сразу отвечает, как бы пытаясь понять, о чём идёт речь.

– Нет… Нет-нет, мне ночевать не нужно. Мне только поговорить.

– Может, – вступает мама, – ты нас представишь, Егор?

– Это Лидия Фёдоровна Пирогова. Лейтенант милиции. А это мои родители.

– Так мы же только оттуда, – удивляется мама.

– А она из другой, из экономической. Вы не будете возражать, если я приглашу Лидию домой, чтобы не стоять на морозе?

– Не поздновато ли для визитов? – проявляет отец недовольство полицейским произволом.

– Я ненадолго, – заверяет Лида. – Впрочем, можем и здесь переговорить. Только мне один на один с Егором нужно.

– Нет уж, лучше дома, – моментально реагирует мама. – Только, я хочу понимать, это официальный разговор или допрос? Что это? Если да, я буду присутствовать, потому что мой сын не совершеннолетний.

– Лидия Фёдоровна, – успокаиваю я маму, – очень хорошо знает, что я несовершеннолетний.

– Нет, разговор не официальный, – отвечает Лида и ёжится, пряча лицо в пушистый песцовый воротник.

Мы поднимаемся. Мама с отцом идут на кухню, готовить ужин и закрывают дверь, чтобы не мешать нам разговаривать.

«Ленточка моя финишная,

Всё пройдёт и ты примешь меня,

Примешь ты меня нынешнего.

Нам не жить друг без друга», – доносится из кухни голос Лещенко.

Это он зря. В смысле, Лев Валерьянович. Нам сейчас таких песен не надо. Мы садимся на диван вполоборота друг к другу и молчим. Раджа стоит напротив Лиды, чуть опустив голову и не сводит с неё глаз. Она осунулась, выглядит злее, чем раньше и одновременно смиреннее.

– Ну как ты? – наконец спрашиваю я.

Её глаза чуть сужаются, она немного поджимает губы, делает вдох и едва заметно напрягается, словно хочет подробно пояснить, как именно она себя чувствует и выдать всё, что думает о моей персоне. Но тут же берёт себя в руки.

– Я не в претензии, – тихо отвечает она. – Я хотела тебя использовать для своих целей.