Саги Орлиных Гор. Сердце Варвара

Если он сказал, что отпустит пленника, значит, отпустит, и лишние залоги и убеждения были ни к чему. То же было и с обещанием жениться на Мэле, которую он и не видел даже…

Вот только урм о том не знал – он вообще не знал, что такое честь и слово. И не верил ничему, что говорил Грай. Урм искал возможности отвязаться от людей. И прекрасно знал, как это сделать. А потому вёл их бодро и уверенно – прямиком в лапы смерти.

Сначала дорога шла по холмам. На их вершинах была плотная почва, мелкий лесок. В нём они били дичь, запасали еду и отдыхали.

У подножья холмов вновь начинались болота, и они спешили выйти на новый холм. Вскоре даже по топям идти стало проще. Трясины уже не было, и только лужицы с чёрной водой и ряской напоминали о болотах.

Рыцари рубили густой ивняк мечами. Никаких тварей и чудищ больше не встречалось, даже змей и болотных волков не было. Солнце сияло высоко в чистых от трясинных газов и небесах, появились даже ласточки, и иной раз молодой Хум улыбался, слушая их. Его лицо было всё ещё по-детски наивно, его ещё не огрубили бои и вид чужих страданий, не ощетинили горные ветра и суровые долгие зимы.

Он даже сорвал тростинку и, прорезав в ней дырочки, соорудил из неё флейту. Оказалось, Хум был чуток до музыки, и всем пришлась по душе его незатейливая игра.

Всем, кроме урма. Ему показалось, что это небеса обрушились на его голову, и камнями завалило уши. С каждой нотой он вскипал от злобы и негодования – ему казалось, люди специально так пытали его, что им нравилось смотреть на его корчи и муки.

И он ненавидел их за музыку ещё больше. Так всегда бывает в жизни – вору кажется, что все хотят его обокрасть, а злому человеку все вокруг показывают клыки. На самом же дела мир гораздо полней и совершенно непредсказуем. И в то же время он – зеркало наших собственных чувств.

Эта флейта оказалась последней каплей.

Урм, всё это время шедший впереди на верёвочном поводке, ведущий отряд людей, остановился.

– В чём дело, чернорылый? – спросил Торбор.

– Что-то я не вижу, чтобы мы пришли в Армалант, – заметил Грай.

Урм изобразил улыбку, от чего Хума чуть не стошнило.

– Я перепутал. Прошу не бить меня, – проворчал урм, – нам надо идти в эту сторону.

Он взял гораздо левее, где вдали виднелись высокие иссушенные деревья.

– Ещё раз перепутаешь, – пригрозил Грай, – завтра без еды.

– Нет, господин, теперь всё верно.

Никто не видел, но урм кровожадно улыбнулся, оголив все точёные зубы сразу.