Играть, чтобы жить. Кн. V. Битва. Кн. VI. Война. Кн. VII. Исход

Но ведь выкрутился, гад! Нашёл-таки способ усилиться! А я мог бы и предусмотреть такую возможность. У самого ведь поднялась единичка Ловкости в храме Светлоликого, когда крутил кульбиты под рушащейся кровлей! А что, если б мой танец продолжался три десятилетия? Небось не хлюпал бы сейчас кровавыми соплями. А вломил бы уроду по самое не балуйся!

Вот оно, будущее Друмира. Мясо портится, трупы не исчезают через пять минут, живот пучит от тухлятины, а боевые шрамы не торопятся исчезать.

Впрочем, не факт, что мы все к этому придём.

Закапсулированная временная аномалия – это микровселенная для трёх существ: медведя, наёмника и анабиозного бога, с его беспокойными снами. Многое из происходящего – это отражение их мыслей и восприятия окружающей действительности.

И вот это дитя природы – сидит передо мной и жрёт сырое мясо. И я по сравнению с ним, как древний танк «КВ» против «Т-90» последней модификации. Те же десятилетия технологического отрыва, иная конструкторская школа – весь мой прогресс от уровней, а у него – от постоянных тренировок.

Моя гордая цифра «340» пасует перед запредельными показателями Ловкости, Силы и Рукопашного Боя у наёмника.

Погибать очень не хотелось, ибо точка привязки находилась тут же. Не улыбалось мне уподобиться мишке и превратиться в Сладкую Консерву.

На поверхности начнут серьёзно шевелиться только через сутки. Плюс время, пока доберутся до замка, взломают оборону, отыщут проходы в склеп.

Ой, как хреново…

От невесёлых предчувствий я суетливо заёрзал, пытаясь сменить позу на сидячую. В ладони больно впилось хрустальное крошево, щедро разбросанное вокруг саркофага. Грыз, что ли, кто-то эту крышку?

Скосил глаза в сторону и убедился в плачевном состоянии анабиозного ложа. Царапины, выбоины и трещины густой сетью оплетали толстую, некогда идеально прозрачную поверхность. Сквозь особо жирную щель я разглядел жёлтый пергамент кожи, украшенный огромной рваной раной с белым каркасом оголённых рёбер.

Божественная плоть… Божественная кровь… Кровь?!

Резко вскинувшись от пришедшей в голову мысли, я развернулся и с силой вогнал руку в узковатую всё же трещину. Только бы Тавор не просёк эту фишку до меня, только бы сработало!

Осёкшийся на полуслове наёмник резко вскочил на ноги:

– Э, Вкусняшка, ты чего?! А ну, не балуй!

Мясо тонкими кучерявыми стружками срезалось об острые хрустальные грани.