Играть, чтобы жить. Кн. V. Битва. Кн. VI. Война. Кн. VII. Исход

Организм штормит от мгновенных смен реальностей, климатических зон, давления и всего остального, что можно привязать к пространственным координатам.

Склеп не узнать! Народу – как на подводной лодке. При этом соблюдается такая же тишина и предельная вежливость. Жизнь сотни разумных в крохотной кубатуре имеет свою специфику.

Нары со шторками в три этажа, зомбоящик, несколько улыбчивых девушек из Дома Удовольствий, цветочки в вазончиках, трогательные салфеточки ручной вышивки и теснящиеся на стенах фото.

Тщательная борьба с запахами и заботливо выделенные сантиметры личного пространства.

Под едва заметные улыбки бойцов ритмично охала и подрагивала крепко сбитая будка для интимной релаксации персонала базы.

Под нарами сидел огромный рыжий кот – чей-то квестовый фамилиар – и демонстративно полировал шары языком. Животинка нервничала – косила глазами сразу во все стороны и явно жалела об отсутствии органа зрения на затылке. Именно это её и подвело. Раздался едва слышный хлопок, за спиной у кошака мелькнул знакомый белый плюш.

Фары животного затравленно увеличились, усатая морда панически перекосилась.

Смачный пинок под зад, и котяра, растопырив в воздухе четыре лапы, с истошным мявом улетел в дальний угол комнаты. Полёт сопровождал дружный хохот отдыхающей смены и усталые проклятья хозяина фамилиара. Я улыбнулся – привет, Чебуратор!

Вдоль стен склепа теснились ящики с лучшим молодым коньяком, в бочках квасились и дозревали мутные алхимические реагенты.

Квадратный грузчик принимал под опись опечатанные мешочки с восьмигранными монетами, стопки чертежей и аккуратные контейнеры с техноблоками.

В дальнем углу пустил корни Приблуда, приобретший несколько усталых морщин и рваный шрам под левым глазом. На крохотном рабочем столе были навалены потроха Дроидов, а взгляд мастера светился тоской и безнадёгой.

Чуть в стороне пустовал пятачок для крафтеров – походная кузница, точильный круг, штабель стройматериалов и различных заготовок.

На стене висел чёткий график шумных работ, от руки завизированный чьей-то матерной тирадой.

В кухонном уголке возилась повариха со смазливым личиком и непривычно тонкой талией. Похоже, что выбрали её вовсе не за кулинарные таланты. Девица задумчиво улыбалась своим мыслям и нанизывала на шампур куски маринованного мяса.

Увидев меня, она взволнованно ойкнула, вскочила на ноги и торопливо полезла в ящик с припасами.