Новая жизнь

– А пока наш доблестный стражник занимается чаем, – проводив взглядом умчавшегося Порка, продолжил магистр, – вы, Илан, подробно расскажете мне, что же такого необычного тут случилось.

И плавной походкой, очень странно выглядевшей для такого тучного человека, магистр направился к террасе. Илану же оставалось только последовать за ним, по дороге начав отвечать на вопрос.

– Барон Лингер фор Орен, предположительно – главарь местной воровской гильдии. В государственные дела, насколько мне известно, не лез.

Но, когда я прибыл на место преступления, осмотр первого же трупа вызвал у меня мгновенную ассоциацию с убийством гвардейцев короля. Абсолютно тот же почерк. Удар острым предметом, предположительно кинжалом, точно под подбородок в шею, острием вверх. – Илан остановился, и показал на себе, куда именно был совершен удар. – Идеальный удар: острие сначала проходит сквозь голосовые связки и потом проникает снизу в мозг. К тому же охранники стояли рядом, и, судя по всему, были убиты практически сразу. Другими словами, все точно так, как было показано и описано в случае с гвардейцами короля.

– Что же, присаживайтесь. – Магистр указал рукой на место напротив себя. – Для стажера – похвальная наблюдательность. И да, удар действительно уникальный. Я бы даже сказал, удар профессионального убийцы. О, а вон и наш Порк бежит. Он в курсе, кем был барон?

– Так точно.

– Хм. Всё как всегда. Деньги, шантаж или что-то особенное?

– Я еще точно не успел полностью разобраться, но очень похоже на приказ сверху.

– Даже так? – Магистр в удивлении приподнял бровь. – Думаю, мы сейчас все выясним, правда ведь, Порк?

– Э-э… Что именно, ваша светлость? – опешил от окончания фразы магистра только что подбежавший стражник.

– О… не стоит волноваться. Если вы, молодой человек, – тут уже удивленно хотел было возразить сам стражник, как-никак пятый десяток пошел, но, вспомнив, сколько лет магистру, закрыл рот, так ничего и не сказав, – ничего не совершали против короны, то вам ничего и не грозит.

Так что можете рассказывать, – откинувшись на спинку скамейки, закончил магистр.

– А что именно рассказывать, ваша милость?

– Всё, мил-человек. Абсолютно всё, – последние слова стражнику сказал уже не добродушный дядюшка, а прищурившийся перед броском хищник.

От такой перемены у стражника аж в горле пересохло. Он отчетливо понял, что от его ответа будет зависеть не только его должность, но и его жизнь.