Разбуди меня в киберпанке

По дороге домой я встретил одинокую машину такси, которая спешила подобрать очередного клиента. Улица будто отображала мой внутренний мир. Раньше здесь целыми днями играли дети, у гаражей дедули чинили свои жигули и москвичи, взрослые то и дело звали кого-то домой ужинать. А сейчас все опустело и не слышно было ни радостных криков, ни пения птиц, только хруст снега и гудок электрички где-то далеко.

Зайдя домой, я сразу наткнулся на заплаканную мать. Она обняла меня, и я не смог сдержать слез. Так мы и стояли несколько минуты, не проронив ни слова.

– Мам, мне сейчас доктор звонил.

Я решил заговорить первым.

– Что он сказал?

– Что я могу заморозиться в рамках эксперимента. И когда мою болезнь научатся лечить, меня разморозят, и я снова буду здоров.

– И через сколько это будет?

– Никто не знает. Но времени у меня до вечера.

– Тогда, лучше заморозиться, хоть какой-то шанс, но будет. Это твоя жизнь и только тебе решать, как поступать. Мое мнение ты услышал.

И я решил. Следующие несколько часов я общался по телефону с другими своими родственниками и друзьями.

Девушка пришла ко мне домой. Она постоянно плакала и не могла успокоиться, как бы я ее не утешал.

Часы показывали половину седьмого, когда я набрал доктору.

– Алло, я согласен на заморозку.

Проговорил я, как только закончились гудки.

– Отлично, тогда подъезжайте к восьми, я все подготовлю.

В последний раз я оглядел свою комнату, погладил черного кота, которого мы подобрали в прошлом году. Собирать вещи я не стал, кто знает, сколько я там пролежу.

Мысленно попрощавшись со своим домом, мы вышли в подъезд. Старая лампочка, мигая, тускло освещала этаж и лестничный пролет. За окном подъезда виднелись падающие хлопья снега.

На улице у подъезда нас уже ждала желтая машина такси. Мать всю дорогу утешала нас. Девушка, вроде, успокоилась и что-то мне рассказывала, но мои мысли были уже в кабинете. Я не знал, чего я больше хочу, остаться с родными или уже здоровым выйти из клиники. Но сколько времени я проведу в заморозке?

Доехали мы минут за двадцать.

Выйдя из машины, попали в холодную зимнюю темноту, которая отступала перед светом одинокого фонаря на небольшой стоянке перед зданием. Таксист, который непроизвольно выступил нашим слушателем вылез из машины и закурил. Облокотившись спиной о крышу автомобиля, он смотрел нам вслед и молча кричал мне «Удачи, парень».

В кабинете доктор, сидя за столом постоянно подписывал какие-то бумаги и печатал новые.