Ренард. Книга 2. Цепной пёс инквизиции

– А почему?

– Его из триала выдернули и вас, бестолковых, заставили обучать, вот он и недоволен.

– А что такое триал?

– Это уже четвёртый вопрос, отрок. Совсем ты меня заболтал, балабол, – спохватился Леджер, посуровел и скомандовал: – Стой! Пришли. Заходим по одному.

Общая трапезная прилепилась к внутренней стене замка и ничем не выделялась среди других строений. Такая же каменная с такой же черепичной крышей, всех отличий – высокая труба, густой дух еды и пережжённого масла. В просторном обеденном зале неофитов встретили столы со скамейками в ряд, на столах – тарелки, полные пшённой кашей, похоже, горячей и на молоке.

От кружек исходил ароматный парок. Медовый взвар с яблоками. Это Ренард по запаху определил.

Что ж, не так уж и плохо…

– А где барашек в сливовом соусе? – раздался жалобный голос.

Лицо Пухлого вытянулось, на глазах выступили слёзы, губы задрожали от неприкрытой обиды.

В ответ наставник Леджер смачно перетянул его палкой пониже спины.

– Не по твою честь барашек, жирдяй! Ешь, что дают! Или ходи голодным, – вызверился он на толстяка.

 – Как все закончат, останешься. Поможешь убрать посуду.

Похоже, Ренард поторопился зачислить сержанта в добряки. Впрочем, ему ли судить? В любом случае жаловаться не пристало, да и определённость хоть какая-то появилась. Крыша над головой есть, одежду дали, кормят – что ещё надо? И правила понятные: старших не перебивать, разрешения спрашивать, передвигаться только бегом – не так уж и сложно.

* * *

На следующий день новобранцев спозаранок выгнали на учебное ристалище и построили в две шеренги.

Одинаковая одежда делала их похожими на яйца от одной курицы, но это смущало лишь Аристида и ещё двух-трёх дворянских сынков. Вчерашнее «битиё» определило сознание, и даже те, кому не попало, накрепко усвоили урок. Так что строй держали по нитке, башкой не вертели, глупых вопросов не задавали. Вдобавок Ренард получил возможность рассмотреть замеченные накануне чучела. Да и не одному ему было интересно.

Ристалище, вот ведь назвали. Просто большая поляна с травой, местами вытоптанной до самой земли. На вертикальные жерди с поперечиной насадили десяток плотно набитых мешков, в которых угадывался силуэт человека. Рядом вкопали два толстых столба, чуть дальше, в линию – дюжину тонких. Шагах в тридцати разместили щиты, сплетённые из тугого соломенного жгута, – это мишени. Здесь ошибиться трудно, Ренард сам по таким стрелял, когда овладевал луком.