Ренард. Книга 2. Цепной пёс инквизиции

Отдельно стояла сложная конструкция на поворотной станине с торчащими на разной высоте брусьями. Её предназначение де Креньян так и не понял. Ну и в довершение на отшибе навалили кучу берёзовых чурбаков, из которой торчала колода с большущим топором, тяжеленным даже на вид. Тоже, кстати, для непонятных целей.

– Сюда ставь! – голос сержанта Леджера отвлёк неофитов от вдумчивого созерцания.

Двое братьев из замковой челяди притащили стол, грубо сколоченный из толстых досок. Ещё двое вывалили на него груду всевозможного оружия, да так неаккуратно, что рассыпали.

Случайный клинок чуть не впился одному из них в ногу, а два копья упали и укатились в траву. Ренард без своего меча, топора и кинжала чувствовал себя голым, поэтому приподнялся на цыпочки, чтобы получше всё рассмотреть. Но толком так и не успел, появился старший наставник.

– Вам заняться нечем? – рыкнул он на собравшихся поглазеть братьев-хозяйственников. – Кыш отсюда, бездельники!

Те удалились с обиженными лицами, а Дидье остановился у стола и принялся наводить порядок.

Раскладывал мечи к мечам, топоры к топорам, булавы к булавам. Длиннодревковое собрал и аккуратно составил так, чтобы не расползлось. Проделывал он это с такой нежностью, что Ренард не поверил глазам. Нежность и старший наставник – понятия несовместимые, но отвлекать его не посмели даже сержанты.

– Ну что ж, приступим, – наконец закончил с делами Дидье и развернулся к строю. – Как мы давеча выяснили, вы все отмечены Господом нашим. Избранные, другими словами.

От неожиданно вдохновляющего начала осторожные затаили дыхание, глупые приосанились, а Ренард напрягся, различив в голосе воина ядовитые нотки.

Сейчас что-то будет.

И он угадал.

– И мы незамедлительно выясним, насколько в вас не ошиблись. Ты, – Дидье ткнул пальцем в первого своего вчерашнего «любимца». – Ко мне.

Языкатый озадаченно потёр шишку на лбу, неохотно покинул строй и встал перед старшим наставником, неуклюже переминаясь с ноги на ногу. Тот посмотрел на него и с ожесточением сплюнул в сторону.

– Меч в руках держал?

– Откуда, ваша милость, деревенские мы.

– Топор?

– Это да, ваша милость. Лес валил. Приходилось.

– Бери секиру.

– Эту? – неуверенно спросил языкатый, поднимая со стола мощный боевой топор с хищно изогнутым лезвием и острым шипом на обухе.

– Эту, эту, – обречённо вздохнул Дидье и скомандовал: – Руби меня!

– Как можно, ваша милость, – в испуге отпрянул неофит и размашисто перекрестился.