Мгновения Летнего сада. Повесть о любви и чести

А после можете быть свободны.

Гувернантка встала, кивнула и увлекла за собой юного графа в глубь дома. Графиня проводила взглядом удаляющихся и обратилась к Шилякину.

– Что же Вы юнкер раскраснелись, неужели от вина?

– Прошу прощения, я, наверное, немного замёрз, а сейчас согрелся. Да и если честно, чувствую себя немного не в своей тарелке, находясь в доме графа в таком виде. – он опустил взгляд на свою временную одежду, которая была ему великовата.

– Оставьте условности. Во-первых, графа тут нет и сегодня Вы вряд ли увидитесь.

Во-вторых, Ваш вид вполне объясним. И даже будь за этим столом мой папенька, он нисколько бы не стал никого осуждать. Напротив, он пренепременно отблагодарил бы Вас за чудесное спасение его наследника.

– В любом случае, этот вид мне не совсем привычен, ему бы я предпочёл свой мундир.

Графиня взяла со стола колокольчик и позвонила. Через секунду в помещении возник уже знакомый Даниле слуга с брылами и собачьими бакенбардами.

– Валентин, узнайте у прачки, не готов ли мундир господина юнкера.

– Готов-с, Ваша светлость, не смел тревожить Ваш ужин. Распорядиться?

Надин Юльевна посмотрела на Шилякина.

– Да, определённо нужно переодеться. – сказал юнкер.

– Тогда-с просим за мной, Ваша одежда ожидает Вас в гостевой комнате.

Шилякин поднялся со стула, поклонился графине и вышел из залы.

***

Так-то лучше – высушенный, вычищенный и отглаженный мундир выглядит как новенький. Переодевшийся юнкер разглядывал себя в большое зеркало. Взяв, как подобает в левую руку на локоть свой кепи, спустился в залу.

– И правда, господин юнкер, так Вам гораздо лучше. – улыбалась Надин. – А что, вы уже собрались уходить? – спросила она, завидев что юнкер не собирается проходить к столу и замялся на месте.

– Больше не могу пренебрегать Вашим гостеприимством, да и опоздал я уже из увольнения. Не то, чтобы я боялся нагоняя, но не стоит усугублять.

– Ну что ж, если вы действительно так считаете, вынуждена Вас отпустить. Я распоряжусь – Вас к училищу отвезёт мой экипаж.

– Не стоит…

– Не спорьте, этот дом Вам благодарен гораздо больше, чем Вы себе представляете. Позвольте я Вас провожу.

Шилякин согласно кивнул головой. Они вышли в освещённый газовыми фонарями двор, на город уже опустились сумерки. Дойдя до кареты, графиня придержала юнкера рукой за локоть.

– Постойте, Шилякин. Спасибо Вам ещё раз. И не краснейте опять, я Вас прошу. Мне кажется, я придумала благодарность, которую бы Вы приняли.