Якудза (сборник)

* * *

Он проснулся от того, что кто-то мягко трогал его голую ступню. Витек дернул ногой, разлепил глаза, глянул смурным со сна взглядом и заорал дурным голосом. И заорешь, когда на тебя из темноты лупятся два желтых глаза, горящих на рогатом силуэте. Со сна мозг выдал – то ли домовой погостить приперся, то ли сам сатана в миниатюре. Инстинктивно Витек лягнул пяткой жуткое привидение, и оно, вякнув утробно, соскочило с кровати и ринулось в сторону полуоткрытой двери балкона.

«Ох ты, черт!»

Витек упал обратно на подушку.

Сердце молотилось в груди, словно автомат Калашникова.

– Ты чего орешь? Тронулся?

– Кошак соседский в гости приходил. Напугал, зараза, – отдуваясь, ответил Витек.

– А-а. Это да. Страшнее кошки зверя нет, – сонно протянула Настя. И тут же засопела снова.

«И чего сопит, как паровоз, – с неприязнью подумал Витек, глядя на спящую рядом девушку. – Может, полипы в носу? Франкенштейна, что ль, позвать, чтоб операцию сделал? И ей польза, и студенту практика. „Страшнее кошки зверя нет…” Деловая колбаса.

Жаль, что он не тебя за пятку почесал. Во бы визгу-то было».

Разжиревшая луна, бугрясь целлюлитными пятнами кратеров, тупо пялилась в окно. Сон не возвращался. Витек закинул руки за голову и уставился на гипотетический осколок древней планеты. В мутной после вчерашнего голове роились мутные мысли. Каждый знает – это бывает порой, если ночью с похмелья не отрываясь долго смотреть на луну.

«Машину купил… В рассрочку. Спьяну. Во идиот! А чем отдавать? Понятно чем.

Еще четырех замочил – от Стаса десяточка. Живи – не хочу. Только долго ли?.. А, в общем-то, какая разница? Если Стас не брешет, Ксеркс вон царь был, и то нарвался. В палатке что – жизнь? Мух гонять до старости да упаковки с молоком разгружать? А тут – на тебе. И тачка, и кабак, и телка…»

Он повернул голову.

Без косметики лежащая рядом голова была… попроще, что ли. А еще от угла рта спящей головы вниз протянулась тоненькая прозрачная дорожка, отсвечивающая серебром в навязчивом свете луны.

Под щекой девушки уже собралось приличных размеров темное пятно.

«Ага. А еще она во сне пускает слюни. Мило. Самому во сне не прилипнуть бы. Хотя, Шарлиз Терон, судя по „Жене астронавта”, без штукатурки на морде тоже мышь белая. Так что, слюни – не сопли, Витя, переживешь как-нибудь…»

Внизу на улице раздался звон, как от разбитой камнем лампочки. Потом что-то взвыло надрывно – и тут же смолкло. Внутри Витька шелохнулось нехорошее предчувствие.